Страницы

воскресенье, 15 февраля 2015 г.

Роль калмыков в формировании генетического портрета казахского этноса. Опыт имитационного моделирования исторического развития популяций

Каржавин С.П. 


Резюме 

Рассматриваются две гипотезы: во-первых, ведущая роль в этногенезе современных монголов процесса метисации протомонгольских племен представителями китайского этноса, начавшегося не ранее середины XVII века, во-вторых, происхождение казахов в результате метисации автохтонного европеоидного населения Казахстана монгольскими племенами и преимущественно в период калмыкско-казахских войн. В качестве инструмента исследования использована статистическая компьютерная имитация развития исследуемой популяции (монголы — для первой гипотезы, и казахи — для второй гипотезы), в которую путем межэтнических браков «внедряются» представители чужого этноса, изменяя исходный гаплогруппный состав (mtDNA и YDNA) популяций.

Введение

Тяга к достоверному и подробному знанию истории своего рода, страны, и мира в целом — естественное свойство человека. Но если по современным народам имеется достаточное количество информации для удовлетворения такой любознательности, то чем глубже в прошлое, тем все более фрагментарно и, соответственно, менее достоверно (более вариантно) наше знание о племенах, послуживших этнической основой образования современных народов.


Реставрация прошедших мировых событий принадлежит к классу так называемых «обратных задач», важнейшей особенностью которых является многовариантность траекторий развития и начальных состояний, из которых можно было прийти к современному состоянию мира.

Использование исторических документов, данных археологии, лингвистики и прочего позволяет сузить набор возможных начальных состояний мира и траекторий его развития, поскольку мир в процессе реставрируемого развития должен «проходить» через соответствующие реперные точки, задаваемые всем корпусом исторических данных.

Очевидно, что сымитировать историческое развитие во всем его многообразии, скажем, даже для отдельно взятой деревни не представляется возможным в обозримом будущем, то, что уж говорить о компьютерной имитации истории народов и государств. Вместе с тем, уже существующие возможности вычислительных средств позволяют смоделировать важные аспекты генетической эволюции человеческих популяций с учетом множества особенностей, как то: образования семьи и рождения детей, смертей в результате войн, эпидемий, и иных этнопопуляционных факторов. Для подбора параметров моделирования логично использовать статистический материал, который поставляют как современные этнологические и социологические исследования, так и археологические и исторические изыскания. Это придает модели высокую степень адекватности и реальных популяционных и генетических процессов.

Если учесть очевидный факт, что особенности исторического процесса отражаются в генетических и прочих параметрах человеческой популяции, непосредственно участвовавшей в этом процессе, то неудивительно, что, определив особенности генетического изменения, мы сможем уточнить и многие особенности исторического процесса, послужившего причиной данной эволюции. Таким образом, выявление возможных путей генетической эволюции исследуемого народа позволит резко сузить набор возможных траекторий исторического развития, выведя многие них (в том числе и некоторых общепринятых сегодня) в группу невозможных с точки зрения генетики.

Имитационное моделирование генетической эволюции популяций позволяет детально и «пошагово» (от поколения к поколению) изучить возможные варианты этнического развития, которые могли бы привести изучаемый народ к его современному состоянию. И по варианту, для которого получилась наивысшая адекватность результата моделирования и современного генетического состояния моделируемого народа, не только подтвердить направление этногенеза, но и определить искомый набор параметров древних народов, участвовавших в данном этногенезе.


Вышеизложенную методологию было решено опробовать на одном из определяющих факторов генезиса казахов — постепенному (имеется в виду период с начала новой эры и до наших дней) «омонголиванию» изначально европеоидного населения Казахстана. Выяснение количественных параметров этого процесса даст ответы на многие ключевые вопросы этногенеза народов Азии и Европы. Конечно, кроме метисации восточно­азиатскими (монгольскими) представителями определенную роль в этногенезе населения Казахстана играли и финно-угорские племена, а также жители Средней Азии. Но их влияние будет рассмотрено позже в следующей работе.

Результаты анализа ДНК в половых хромосомах казахов и окружающих их народов позволяют предположить, что значительную, если не основную, роль в омонголивании древних жителей казахской степи сыграли ойраты (калмыки), расселившиеся в Казахстане с начала XVII в. и до конца XVIII в. Влияние же гуннского, тюркского и монгольского периодов на генетический облик насельников Казахстана, скорее всего, сильно преувеличено.

Следует также добавить, что до сих пор недооценена роль калмыков (ойратов) и в этногенезе башкир, ногаев, туркмен, кара-калпаков, киргизов и алтайцев.

Очевидно, что в современном гаплогруппном наборе казахов скрыт гаплогруппный состав автохтонного населения начала нашей эры, а также и гаплогруппные наборы тех этносов, которые участвовали в складывании населения современного Казахстана. К сожалению, точные данные о генетике древних насельников Казахстана доступны нам из археологических раскопок только в единичных экземплярах и в отдельных географических точках. Поэтому для решения задачи приходится делать некоторые предположения о гаплогруппном составе древних этносов, участвовавших в этногенезе казахов.

Фенотип и, соответственно, параметры краниологических серий, полученных археологами, являются следствием определенного генотипа. Вместе с тем, гаплогруппы (мужские и женские), определяемые путем анализа ДНК в половых хромосомах, напрямую не связаны с фенотипом, поскольку количество генов в половых хромосомах ничтожно по сравнению с таковым в соматических хромосомах. Если на сегодняшний момент осуществить достаточно подробный анализ ДНК в половых хромосомах уже возможно, то проанализировать ДНК всех соматических хромосом на предмет влияния их на фенотип пока крайне сложная и дорогостоящая задача, даже для одного индивида. Поэтому точный генный анализ пока приходится заменять антропологическими исследованиями.

Вместе с тем, современные антропологические исследования на значительном статистическом материале позволили в высокой достоверностью сопоставить гаплогруппы и фенотип, в результате чего, например, удалось классифицировать женские гаплогруппы Евразии на «азиатские» и «европейские» линии, а средний по популяции фенотип достаточно надежно определяется по средневзвешенному количеству азиатских и европейских гаплогрупп. Следует подчеркнуть, что этот вывод можно делать только для популяции в целом, поскольку у конкретной особи, скажем, с ярко выраженным европейским фенотипом гаплогруппа может оказаться азиатской, и наоборот.

Таким образом, если гаплогруппный состав мужских и женских линий дает возможность реконструировать генеалогию исследуемых популяций и фенотип популяций в целом, то антропологический анализ, проводимый по краниологическим сериям, дает конкретику для каждого индивида и позволяет оценить степень достигнутой однородности фенотипа (по степени разброса этих параметров от индивида к индивиду).

В относительно недоступных географических районах гаплогруппный состав и соответственно фенотип, «вычисляемый» по этому гаплогруппному составу, может не соответствовать антропологическим данным (в частности, краниологическим параметрам), поскольку изолированность в течение долгого времени приводит к подавлению одним гаплотипом всех остальных, причем, для мужской составляющей популяции такой процесс подавления происходит быстрее, чем для женской (в отличие от мужчин-доминантов женщина не может участвовать в зачатии очень большого количества детей). В географически «открытых» регионах, к которым можно отнести Казахстан, Среднюю Азию, Восточно­европейскую равнину, Балканы, Ближний Восток, соответствие гаплогруппного состава и фенотипа должны хорошо коррелировать. Периодически возникающий эффект «бутылочного горлышка», сжимающий размер популяции и гаплогруппный состав соответственно (что вызывает перекос между антропологическим обликом и гаплогруппным составом) в «открытых» регионах должен достаточно быстро исчезать.

Описание модели

Имитируется процесс развития некоей исходной (автохтонной) популяции, в которую непрерывно относительно малыми группами в течение нескольких десятков поколений инфильтруются мужские и женские представители иного этноса. Инфильтрация заключается в осуществлении браков пришлых с автохтонами, в результате которых рождаются дети, становящиеся полноправными членами популяции.

Варьируя интенсивность инфильтрации (фактически, частоту межэтнических браков) и длительность моделирования (исчисляемую в поколениях), будем анализировать степень сходства моделируемого гаплогруппного состава в финальном поколении (соответствует настоящему времени) с реальным гаплогруппным составом современных казахов.

Статистический генетический портрет этноса, представленный в модели, в целом состоит из двух частей: мужского гаплогруппного набора YDNA и женского гаплогруппного набора mtDNA. В силу примерного равенства мужчин и женщин в популяции, а также передачу одной и той же mtDNA от матери к ее сыновьям и дочерям, будем статистически анализировать распределение mtDNA только по женской части популяции.

Основные принципы моделирования:
1. Формируется начальное поколение популяции, состоящее из равного количества мужчин и женщин. Каждому мужчине с помощью датчика случайных чисел и в соответствии с гистограммой исходного гаплогруппного распределения присваивается определенная YDNA- гаплогруппа. Аналогично, каждой женщине с помощью датчика случайных чисел и в соответствии с гистограммой исходного гаплогруппного распределения присваивается определенная mtDNA-гаплогруппа. Дополнительно каждому мужчине с помощью датчика случайных чисел и в соответствии с гистограммой гаплогруппного распределения (того же самого, что и для женщин данного этноса) присваивается определенная mtDNA-гаплогруппа, которую мужчина своим детям не передает.

2. На каждом последующем поколении в данную популяцию и в определенном количестве вводятся мужчины и женщины иного этноса путем браков с представителями этой популяции, тем самым, осуществляя метисацию исходного (автохтонного) этноса. Как сами внедренные чужие мужчины и женщины, так и их дети от их браков с автохтонами становятся полноправными членами популяции. Количество чуждых особей формируется датчиком случайных чисел, исходя из доли межэтнических браков, которая задана для данного поколения. Гаплогруппная принадлежность особей чужого этноса (монголоидного), которые на каждом поколении включаются в популяцию, также формируется датчиком случайных чисел, но из соответствующих гистограмм YDNA и mtDNA чужого этноса. Доля внедренных членов популяции задается для каждого поколения. Далее рассматриваются два варианта: постоянная доля внедряемых (не зависящая от условного номера поколения) и переменная доля внедряемых (для периодов войн — повышенная, а для мирных периодов — «нормальная»).

3. Брак между членами популяции представляет собой выбор конкретных мужчины и женщины с помощью датчика случайных чисел.

4. Каждый мужчина имеет определенную мужскую гаплогруппу, которую он получает от отца и передает сыну, и женскую гаплогруппу (полученную от матери и не передаваемую дальше). Аналогично, каждая женщина имеет только женскую гаплогруппу, полученную от матери и которую она передает дочери.

5. Для каждого поколения на всем моделируемом историческом периоде задаются:

- частота межэтнических браков, которая принимает различные значения: меньшие для мрного периода развития этноса и большая — для периодов войн (пояснения даны в следующей главе);

- доля популяции, на которую надо «проредить» популяцию, чтобы имитировать войну, эпидемию и пр. «Децимации» подвергаются только простые общинники и внуки доминантов, а доминанты и их дети выживают.

6. Количество детей в каждом браке и их пол моделируются с помощью датчика случайных чисел по соответствующим гистограммам рождаемости.

7. Мужчины принадлежат одной из трех групп (принадлежность формируется с помощью датчика случайных чисел):

• доминанты, которые отличаются значительно большим количеством рождающихся детей и высокой выживаемостью их, а также тем, что они (и только они) могут иметь несколько жен (количество жен формируется с помощью датчика случайных чисел по соответствующей гистограмме);

• сыновья доминантов в первом поколении, у которых также высокая рождаемость детей (несколько меньшая, чем у их отцов-доминантов);

• обычные общинники и внуки доминантов, рождаемость детей у которых значительно ниже, чем у доминантов, и выживаемость детей ниже.

Среди женщин доминантных нет, а количество детей у них и их выживаемость определяются тем, кто у них муж: доминант, сын доминанта или простой общинник.

8. Некоторые сыновья обычных общинников могут стать доминантами, что моделируется с помощью датчика случайных чисел.

9. Каждое поколение случайным образом «прореживается», чем имитируются воздействия войн, неблагоприятных климатических условий и эпидемий. Доля прореженных членов популяции (вероятность прореживания) задается для каждого поколения.

10. В каждом поколении определяются доли европеоидности и монголоидности популяции в целом путем подсчета среднего количества особей, имеющих «европейские» и «азиатские» mtDNA-гаплогруппы.

11. Для финального поколения вычисляются гистограммы распределения мужских (YDNA) и женских (mtDNA) гаплогрупп для всей популяции, которые и сравниваются с соответствующими современными гистограммами исследуемого народа.

Меняя параметры для очередного цикла моделирования (в основном — это доля межэтнических браков для периодов мира и войн) и сравнивая финальное гаплогруппное распределение моделируемой популяции с эталонным (с тем, которое имеется у исследуемого этноса в настоящее время), формируются для следующих исходных параметров модели допустимые области изменения, обеспечивающие данное совпадение:

-- длительность моделирования, иначе — длительность метисации (с какого века действительно началась метисация автохтонного европеоидного населения монголоидами);

-- допустимая частота межэтнических браков за поколение (соответствует ли требуемая частота таких браков той, которая вычислена этнографами для калмыков, казахов, башкир, киргизов и народов Севера);

-- количество и длительность периодов войн в жизни популяции (проверка необходимости гуннского, тюркского и монгольского периодов, характерных усиленной метисацией монголоидным субстратом).

В задаче изучения этногенеза казахов общая степень метисации монголоидным субстратом, как уже отмечалось выше, подсчитывается для каждого поколения как доля азиатских mtDNA-гаплогрупп во всей популяции. Интерес также представляет и то, как быстро набирается процент монголоидности, который имеется в настоящее время у казахов, и от каких параметров развития популяции он зависит.

ГЛАВА 1. Проверка гипотезы о формировании современного казахского этноса путем метисации исходного протославянского населения монгольским

Как уже отмечалось во Введении, процесс постепенного вытеснения более многочисленного гаплотипа всех остальных гаплотипов идет в женской части популяции аналогично внутрипопуляционному соперничеству гаплотипов в мужской части популяции. Но скорость этого процесса значительно ниже, поскольку у женщин нет явно выраженных доминантных особей, а также в силу ограниченных возможностей производства потомства, нет особо плодовитых женщин (в отличие от мужчин). Среди женщин больше и вероятность дожития до производства потомства, а также меньше смертность из-за войн, плена и пр. Таким образом, можно полагать, что процентный состав женских гаплогрупп слабо изменился за последние 200-300 лет, т.е., с момента завершения казахско-ойратских войн, даже, несмотря на изменение общего этнического портрета Казахстана в годы Советской власти, связанного с массовым переселением в Казахстан репрессированных народов, созданием огромного количества лагерей, и притоком добровольцев в 60-70-е годы для сельскохозяйственного освоения казахских степей.

Чтобы заняться вопросом моделирования процесса метисации автохтонов Казахстана начала новой эры, следует выяснить, во-первых, а каковы были генетические и антропологические параметры этносов, которые могли бы послужить основой для этой метисации, во-вторых, каковы аналогичные параметры автохтонного населения. Для решения этой задачи в нашем распоряжении имеются только исторические документы, фрагментарные данные антропологии и палеогенетики, а также современные этносы, которые, судя по историческим документам, претендуют на прямых потомков автохтонов Казахстана и этносов, которые осуществляли их метисацию.

В данной работе рассматривается гипотеза о постепенной монголизации изначально европеоидного населения Казахстана представителями монгольских племен, двигающихся с востока. Но монгольские племена неоднородны и в настоящее время образуют три группы: буряты (северные монголы), халха (основное население Монголии в настоящее время) и ойраты (западные монголы). Исторические судьбы у всех трех частей монголов разные.

Серьезное различие гаплогруппного состава у бурятов и монголов-халха, соседствовавших много веков, и имеющих сходные верования и быт можно объяснить тем, что с XVII века напряженные отношения русских и китайцев, вылившиеся в войны, привели к укреплению границы (Нерчинский договор в 1689 г. после маньчжурского вторжения в Приамурье, а потом и Кяхтинский договор в 1727 г.), в результате чего было ограничено межэтническое взаимодействие бурятов, вошедших в состав Российского государства, и монголов. Китаизация монголов проходила фактически почти четыре последних века (15-16 поколений), что и сказалось, в частности, на соответствующем гаплогруппном составе, в котором появилось до 25% мужской YDNA-линии О3, принесенной представителями северокитайского этноса. Эту китайскую составляющую монгольские племена (в основном ойраты) частично передали казахам (10%), киргизам (22%) и будущим уйгурам (12%), с которыми у них не было такой четкой границы, как у Китая с Россией от Туркестана до Тихого океана. Только в 1864 году началось разграничение и в Туркестане между Россией и Китаем, при котором киргизы отошли к России. Уйгуры и монголы (из Внутренней Монголии) продолжают ассимилироваться в китайской среде и сегодня.

Аналогичный гаплогруппный градиент имеет место и по женским «китайским» mtDNA-линиям A и M*, правда, не в таком отчетливом виде, как у мужских гаплогрупп (причина более медленного изменения гаплогруппного состава женской части популяции была объяснена выше).

Практическое отсутствие китайских YDNA линий О3 у алтайцев и малое у бурятов (2%) объясняется именно тем, что они уже находились в составе России до начала маньчжуро-китайской экспансии в северном и восточном направлениях. С другой стороны, значительная китайская доля гаплогруппного состава у киргизов возникла, во-первых, из-за длительного нахождения киргизов в составе джунгарского (ойратского) государства, поскольку с 1703 г. с согласия русского правительства постоянно бесчинствующих киргизов джунгары (ойраты) увели к себе, во-вторых, в состав современных киргизов вошло достаточное количество племен, долгое время живших совместно с ойратами, например, буруты. Быстрота смены гаплогруппного состава у киргизов произошла также и из-за малой их численности. Известно, что джунгары увели 3 тыс. «домов» (т.е., семей) киргизов, что составило всего 12-15 тыс. человек обоего пола. Угон охватил основную часть населения Хакасско-Минусинской котловины, после чего она на время обезлюдела. Для сравнения, только у волжских калмыков население было не менее 150 тыс.

В Средней Азии «китайские» гаплогруппы не могли появиться в результате массового непосредственного взаимодействия китайцев с местным населением (в истории таких событий не зафиксировано). А вот через «посредников» в лице постепенно китаизируемых монгольских племен — очень даже запросто.

Теперь оценим степень близости современных этносов, которые тем или иным образом могли поучаствовать в генезисе современных казахов. Меру близости гаплогруппных составов этносов будем вычислять попарно как сумму модулей разности соответствующих столбцов гистограмм гаплогруппного распределения женских mtDNA-линий:





В таблице 1.1. представлены результаты вычисления меры близости Mj,t женских (mtDNA) гаплогруппных составов этносов, взятых из [5] (значения меры для удобства сравнения умножены на 10 и округлены). Номера столбцов таблицы соответствуют тем же этносам, что и номера строк этой же таблицы (чем меньше значение, тем ближе друг другу этносы):
Сначала определим пары этносов, которые наиболее близки друг другу по гаплогруппному составу.

Затем уже будем подбирать сочетания этносов (не обязательно двух, а можно даже трех), чтобы получить наилучшее приближение к исследуемому этносу.

Монголы (№17). Очень близки к казахам (мера близости = 2), чуть хуже к корейцам (мера=4), затем еще хуже к волжским татарам и чувашам (мера=5), удэгейцам (мера=5) и китайцам (мера=5).

Гаплогруппа M* в значительной степени имеется у китайцев (23%), и, соответственно, у монголов (15%), а также у угэдейцев (10%). Очевидно, что 6% данной гаплогруппы у казахов «пришли» от монголов.

У всех остальных народов Сибири и Дальнего Востока M* практически нет, что позволяет с высокой степенью достоверности выводить значительную часть монгольских женщин от китайских и удэгейских предков.

Буряты (№9). Находятся на одинаковом расстоянии от хантов и манси (мера=4), алтайцев (мера=4), якутов (мера=4) и удэгейцев (мера=4). Это и понятно, поскольку именно предки удэгейцев и были одной из основ, а якуты отделились позднее.

От монголов буряты, что странно, далеки, несмотря на многовековое соседство, близость культуры и образа жизни (мера=7). Видимо, женская основа у монголов в настоящее время уже стала во многом китайская. У бурятов гаплогруппа G имеется точно в таком же соотношении, как и у удэгейцев - 13%, а у всех остальных исследуемых здесь народов она крайне слабо представлена. Возможно, что именно от предков удэгейцев монголы, как и буряты, получили гаплогруппу G.

Алтайцы (№8). Наиболее близки к хантам и манси (мера=3), а также к якутам (мера=3). Чуть дальше находятся буряты (мера=4), эвенки (мера=4). Волжские татары стоят на расстоянии (мера=5), что, по-видимому, связано с их близостью к хантам и манси. Здесь якуты вторичны как молодой этнос.

Казахи, киргизы, узбеки, туркмены (№16). Близки к монголам (мера=4), хантам-манси (мера=5), и вторично из-за монгольского влияния - к удэгейцам (мера=7) и бурятам (мера=7). Близость казахов к хантам и манси происходит, возможно, от значительного протовенгерского населения Казахской степи (западной ее части) во времена Чингиз-хана. Близость к алтайцам (мера=6) и удмуртам (мера=6) не очень сильна, и, по-видимому, просто из-за определенной родственности хантов-манси к ним.

Выборочно, для пяти наиболее важных для нашего исследования этносов, гистограммы процентного соотношения женских гаплогрупп [5] представлены в следующей таблице:

i =1,2,... - текущий столбик гистограммы;

G1(
i), G2(i), G3(i- гистограммы гаплогрупного распределения трех исходных этносов, взаимное смешивание которых привело к возникновению изучаемого этноса. 



Должно также выполняться условие нормировки А1+А2+А3=1.

Исходные гистограммы 
G1(i), G2(i), G3(i) нормируются таким образом, чтобы сумма азиатских «столбиков» была бы равной единице.

Рис.1.1. Гистограмма распределения женских гаплогрупп удэгейцев (табл.1.2). Европейские гаплогруппы (это «столбики» с номера 8 по 15 в гистограмме) отсутствуют полностью.



На рис.1.1 — 1.6 числа по горизонтали соответствуют номерам гаплогрупп в таблице 1.2. По вертикали отложены доли гаплогрупп в гистограмме (для перехода к процентам, надо значения умножить на 100).


Наличие следов европейских гаплогрупп (рис.1.2), возможно, является результатом присутствия русских и аланских войск с семьями на территории Китая, что надежно зафиксировано рядом исторических документов.


Под азиатскую часть гистограммы монгольских гаплогрупп подбиралась методом минимума невязки взвешенная сумма азиатских частей гистограмм китайцев и удэгейцев. Минимальное значение достигнуто при 46% китайской составляющей и, соответственно, при 54% удэгейской составляющей. Значение невязки (меры различия) M при этом составило всего 1,92. Гистограмма этой взвешенной суммы представлена на следующем рисунке:




Как видно из сравнения столбиков с1-го по7-й в гистограммах монголов  (рис.1.3)  и  смеси  китайцев  с  удэгейцами(рис.1.4),  некоторое  различие  наблюдается только в7-м столбике (гаплогруппа  G), поскольку у удэгейцев  ее доля значительно выше, чем у монголов и китайцев. По остальным же  гаплогруппам имеет место отличное совпадение. 




1.2. Подбор наиболее близкого к монголам этноса по всему набору   гаплогрупп




Европеоидные   гаплогруппы  попали  в  Монголию,   возможно, из казахской степи и соответствуют арийским племенам  (тохарам

и пр.), которые заселили также Алтай и восточнее до Ангары. Кроме того,   известно, что и потомки русских пленных казаков вошли в монгольский   этнос, например, род«касаг».


Проверим возможность образования женской части популяции монголов прямиком из русской (протославянской), китайской и протоугэдейской составляющих. Для этого доли китайской и угэдейской составляющих возьмем 46% и 54% соответственно. Далее, методом поиска минимума невязки подберем долю русской составляющей. Минимум невязки (меры различия) M , равный величине 1.64, был получен при 18% русской составляющей и 46% *0.82=38% китайской и 54% *0.82=44% угедэйской составляющих. Вид гистограммы трехэтнической совокупности гаплогрупп представлен на следующем рисунке:



Как видим, гистограмма трехэтнической совокупности (рис.1.6) довольно хорошо соответствует гистограмме монгольских гаплогрупп (рис.1.5).


Выводы по разделу

Таким образом, существует принципиальная возможность этногенеза монголов из китайцев, некоего этноса, родственного удэгейцам, и арийского (протославянского) субстрата. Вместе с тем, довольно близкий гаплогруппный состав удэгейцев и монголов позволяет несколько упростить модель этногенеза монголов, сведя его к метисации исходной протомонгольской популяции представителями китайского этноса.

ГЛАВА 2. Выбор параметров модели

2.1. Формирование интервала моделирования процесса метисации

Примем данные археологии и ДНК-анализа в качестве основы для моделирования процесса метисации изначально европеоидного населения Казахстана монголоидным субстратом восточного и юго-восточного регионов. Продолжительность метисации с конца I в. н.э. (начало
гуннского движения на запад) до настоящего времени составляет 1900 лет. Поскольку в модели время измеряется в поколениях, то следует определить среднюю длительность поколения. Для решения этой задачи имеются интересные данные по рождаемости очень важного для нас народа, непосредственно участвовавшего в этногенезе казахов. Имеются в виду российские калмыки. В дальнейших расчетах по этногенезу всех кочевых народов Казахстана и прилегающих областей в качестве базовых возьмем данные именно по ним.

Приведем обширную цитату из [6]: «Обращает на себя внимание очень низкое значение среднего количества детей в семье, коэффициент К колеблется от 1,08 до 1,98. При данной ситуации не выполняются условия даже для простого типа воспроизводства населения, для которого необходимо в среднем иметь 2,13 на семейную пару. Физиологическая граница начала репродуктивного периода у калмычек колеблется в среднем от 13,73 до 14,18 лет, составляя в среднем 13,90±0,07. У русских в среднем составляет 14,16±0,13 лет. По литературным данным в эвенкийской популяции средняя величина начала репродуктивного возраста составляла
14 лет [Рычков с соавт., 1974]. У кызыльских и сагайских хакасок она находилась в пределах 15,4 и 15,6 лет [Казаченко, 1986], что сопоставимо с данными Лузиной Ф.А. у алтаек [Лузина, 1987]. Средний возраст калмычек при рождении первого ребенка составил от 22,99±0,28 до 23,77±0,35 лет. Средний возраст при рождении последнего ребенка у калмычек варьирует от 30,48±0,41 до 31,91±0,47 лет. Длина поколения, рассчитанная как среднее между возрастом рождения первого и последнего ребенка [Большакова, 1986], у калмыков составляет 27,41 лет, у русских 26,81 лет (различия не достоверны, t=0,6). Возрастная структура популяции представлена индивидуумами трех поколений, которые значительно хронологически перекрываются. Средняя продолжительность поколений несколько выше 25 лет, обычно принимаемых по данным литературы за средний возраст одного поколения. ... на Урале, равным 26,3 годам, очень близок с алтайцами...». 

Учитывая, что несколько столетий назад у казахов и калмыков девушек выдавали замуж несколько ранее, то среднюю продолжительность поколений примем равной 25 лет. Следовательно, максимальный временной интервал моделирования составит 76 поколений.

Наиболее важные исторические интервалы в соответствии с принятой исторической версией и с точки зрения метисации автохтонного населения монголоидным субстратом, выраженные в номере поколения от начала моделирования (соответствует началу II в. н.э.), следующие:

II — нач. IV вв. — период 2-го гуннского нашествия на Казахстан
и Среднюю Азию

 V — сер. VI вв. — ранний тюркский период 

сер. VI — сер. IX вв. — средний тюркский период 

сер. IX — кон. X вв. — позднетюркский период XIII в. — монгольское завоевание 

1607—1771 гг. — казахско-ойратские (калмыкские) войны

Будем считать, что в тюркский период наибольшая метисация происходила именно в средний тюркский период, когда прототюркский этнос достиг уже сравнительно большого размера и свою власть распространил на весь степной регион от Волги до Восточной Монголии.

Особо следует отметить период казахско-калмыкских войн, который сопровождался интенсивным взаимодействием обоих народов.

Давление калмыков (ойратов) с востока на население казахских степей было обусловлено возникновением сильных монгольских ханств и становления монгольского этноса, вызванных, в свою очередь, реакцией на китайскую экспансию, начиная со времен династии Мин. Фактически значительная часть ойратских родов просто переселилась в казахские степи и далее на запад в Заволжье.

Этот период очень хорошо задокументирован. Чтобы ощутить интенсивность межэтнических взаимодействий на этом этапе, приведем хронологию казахско-калмыкских войн. Особо подчеркнем, что весь этот период ойраты (или «калмыки», как их называли казахи) находились на территории Казахстана, фактически вперемежку с казахскими племенами:

1607-1608 - ойраты/калмыки победили казахов, воспользовавшись их междоусобием, а устроили войну также против монголов 1608 - калмыки, пройдя весь Казахстан, появились на р.Эмба

1613 - кочевья калмыков появились на р. Яик

1620 - ойраты воюют с казахами и монголами. Поражение от
казахов и ойраты решили перейти в подданство России. 

1623 - ойраты воюют с башкирами, казахами, ногаями и монголами
Алтын-хана 

1625 - ойратские нойоны разделились на две партии и начали
междоусобную войну у Иртыша, ниже оз.Ямыш и оз.Чаны. 

1628 - калмыки в очередной раз двинулись на р.Эмба, захватили обе
стороны долины р.Яик. 

1629 - калмыки напали на ногаев на левом берегу Волги.

1629-1630 - калмыки кочуют в районе Уфы, воюют с башкирами, а также
поселились в Тургайских степях между Ишимом и Тоболом. 

1630-1631 - 10 тыс.кибиток калмыков поселились у туркмен, войдя фактически в их состав.

1633 - калмыки прочно захватили междуречье Волги и Яика, подступили к Самаре.

1635- победа ойратов над казахами. Торгоутский князь Хо-Урлюк, стоявший в 1620-1635 гг. в верховьях Эмбы, Ишима, Тобола, перешел к Волге в Россию.

1638 - Дайчин кочевал в Кара-Кумах, а весной перешел к сибирским городам. Хо-урлюк зимовал близ Бухары.

Часть калмыков остались на р.Эмба и на р.Волга.

1639- Хо-Урлюк откочевал на п-ов Мангышлак (на территорию туркмен)

1640- Состоялся Великий Хурал всех ойратов в Тарбагатае (Вост. Туркестан полностью ойратский). Гуши-хан создал ханство на Кукуноре и Тибете, Хо-Урлюк
завладел огромной территорией от Иртыша, Тобола до Волги, покорив и туркменские племена на восточном берегу Каспия. В Ургенче правил ставленник ойротов, который опирался на их военные отряды, расквартированные в Хорезме. 

1643-1647 - поражение ойратов от казахов

1652- победа ойратов над казахами, завоевание восточного Семиречья

1654-1657 - поражение ойратов от казахов

1678- победа ойратов над казахами, хан Могулии  
в восточном Туркестане смещен и Могулистан прекратил свое существование 

1680-1684 - победа ойратов над казахами

1678-1703 - 6-я война с кахзахами, ойраты победили.

1679- торгоуты перекочевали в Поволжье

1683- Аюка с Волги сделал поход в Джунгарию и привел оттуда остатки торгоутов.

1708-1735 - 7-я война с ойратами (27 лет) и в конечном итоге ойраты победили.

1731 - война с ойратами, казахи вторглись вглубь Джунгарии (конец 7-й войны), на Волгу откочевала часть калмыков

1735- ойраты победили казахов

1741 - Средний жуз признал власть ойратов

1742-1745 - 1-я Кокандская война, казахи под властью ойратов осаждают Ташкент и Коканд

1745-1750- 2-я Кокандская война, казахи под властью ойратов осаждают Ташкент и Коканд, калмыки постоянно находятся
на территории Казахстана 



1752-1753 - ойратские нойоны укрылись от монголов в Среднем Жузе. Часть ойратов перебежала к казахам, войдя в их состав. 

1752-1755-  9-я война с казахами (или 10-я). Казахи не выдали в Джунгарию мятежных нойонов (уже все породнились). в Нижнее Поволжье прибыли хойты, присоединившиеся к дербетам.

1758-1759- в Нижнее Поволжье прибыли торгоуты из Джунгарии (это ханство, где правили хунтайджи, т.е., хан-тайджи, было уничтожено маньчжурами и китайцами в 1758 г.), а также вовлеченные ими в движение группы кочевого населения.

1771- Наплыв переселенцев в Россию и демографическое перенаселение привели к взрыву недовольства, и от 50% до 80% калмыков-торгоутов с ханом Убаши двинулась на «родину предков» — в Джунгарию и по пути были практически полностью уничтожены казахами и туркменами. При этом большое количество детей и женщин было взято победителями с собой.

При продвижении ойратов-калмыков на север территория Тувы, Кыргызстана и соседнего Старшего казахского жуза были покорены и вошли в Джунгарское государство. Джунгары (ойраты) взыскивали в год по одной шкуре корсака (степной лисицы) с души и набирали юношей-тюрок в свои войска.

На рубеже XVIII и XIX вв. особенно активно в Астраханский край стали переселяться казахи, осваивая освободившиеся от ухода калмыков пространства левобережья Волги. В 1801 г. казахи обратились к царю с просьбой предоставить им для кочевий пустующие земли между реками Уралом и Волгой, на что и получили разрешение Павла I. В этом же году подданные султана Букея Нуралиева перешли реку Урал и расселились по обширным пространствам до Волги, отделившись от Младшей Казахской Орды. Так возникла Внутренняя (Букеевская) Казахская Орда, непосредственно зависимая от российских властей.

История племен Казахстана известна нам постольку, поскольку события в степи затрагивали так или иначе пограничные оседлые народы с высокой культурой, у которых уже была принята письменность и, соответственно, в обычае было описывать важные события, например, войны с пограничными народами. Тем самым, нам известны войны гуннов с Кангюем и Китаем, войны тюрок с Хорезмом и с арабами, монгольское завоевание и пр., а «внутренние» разборки степных племен и величина их ожесточенности — намного хуже, а о многих из них мы вообще не имеем
никаких сведений, кроме смутных отражений в сказаниях или в виде фрагментарных записей тюркскими рунами на стелах.

Поскольку наибольшую интенсивность процесс метисации имеет в периоды межэтнических войн, то каждое моделируемое поколение отнесем к одному из двух типов: поколение мирного времени (кратко, «мирное поколение») и поколение военного времени (кратко, «военное поколение»). Такое деление, конечно, условно, ведь для племенной организации общества межплеменные столкновения — способ существования, и он характерен не только для кочевого степного населения, но и для народов с иным способом хозяйствования, например, для тех же кельтов: вспомним, хотя бы, известное выражение «война всех против всех». Следует также отметить, что ожесточенность степных войн в народных сказаниях сильно преувеличена. Например, если говорится о полном уничтожении войска, то надо понимать, что даже если это и имело место, то потеря данного племени составляет не более 12% от общего количества (есть еще женщины, дети, старики, воины, охраняющие кочевья, рабы). Обычно степные стычки были весьма малокровны. Другое дело, что они приводили к угону скота у побежденных, лишению хороших пастбищ, что при неблагоприятных климатических условиях приводило к потере численности побежденными намного превышающего военные потери.

С учетом вышесказанного, исторический период, который предполагается моделировать, разделим на чередующиеся мирные и военные периоды следующим образом:

Каждый мирный период, как уже отмечалось, в реальности мирным отнюдь не являлся, кроме последнего, проходившего уже на территории 
Российской империи и Советского Союза. В мирные периоды процесс этногенеза шел внутри кочевого суперэтноса всего региона от Волги до Монголии путем как действительно мирного взаимодействия, так и в результате межплеменных столкновений, захвата и увода части племени и скота с собой и т.д. Заметим, что с точки зрения убыстрения процесса перемешивания генотипов, эти войны несли положительный эффект по сравнению с истинно мирными периодами, когда это процесс мог осуществляться только через добровольные межплеменные браки. 

Последний мирный период (1771 — 2000 гг.), проходивший в составе России и Советского Союза, и проходящий сейчас в независимом Казахстане, с точки зрения межэтнического взаимодействия имеет две противоположные тенденции, которых не было в предыдущие «мирные» периоды, а именно: с одной стороны, замедление этногенеза из-за отсутствия межплеменных войн, а, с другой стороны, убыстрение этногенеза за счет быстрого изменения образа жизни, повышения плотности населения и массового перехода от кочевого образа жизни к городскому.

Таким образом, скорость межэтнического и внутриэтнического перемешивания у всех мирных периодов можно считать примерно одинаковой, а, значит, численные оценки, полученные этнографами для настоящего времени с определенной коррекцией могут быть использованы при моделировании всех периодов межэтнических взаимодействий на степной территории от Волги до Монголии включительно.

2.2. Доля межэтнических браков в каждом поколении

Единственным способом перемешивания геномов автохтонных насельников Казахстана и пришельцев является брак мужчины и женщины, принадлежащих разным этносам. При этом под браком будем понимать как добровольные, так и насильственные (с пленными женщинами) взаимоотношения мужчин и женщин, в результате которых появляются дети. Заметим, что взятые в плен мужчины иного племени могут влиять на этнический состав победителей двояко: через собственные браки с женщинами победителей (очень редко и не будем учитывать), и через рождение дочерей от своих таких же пленных женщин в случае, когда эти дочери используются в качестве жен для победителей. Т.е., здесь просто имеет место как бы «запаздывание» захвата женщин на одно поколение.

Не менее важный процесс изменения общего гаплогруппного состава казахов — включение отдельных родов (и довольно крупных) пришельцев в состав казахского этноса. В этом случае данный род начинает через браки перемешиваться с остальными уже на равных с казахскими племенами правах. Т.е., и здесь мы этот процесс также сведем к межэтническим бракам, но с запаздыванием примерно на поколение, которое также можно и не учитывать, поскольку границы военных и мирных периодов до некоторой степени условны.

Для оценки количества межэтнических браков будем использовать понятие частоты межэтнических браков, которая равна доле браков в одном поколении между мужчиной или женщиной коренного этноса с представителем/представительницей чужого этноса, выраженной в процентах. Соответственно, все остальные браки — внутриэтнические, и заключены между мужчиной и женщиной коренного этноса.

Рассмотрим теперь какова интенсивность межэтнических браков в Сибири, Казахстане и смежных с ним территориях, в настоящее время.


2.2.1. Межэтнические браки в Сибири


Сначала рассмотрим обширный регион к северу от Казахстана, жители которого в той или иной мере осуществляли межэтнические контакты с населением Казахстана в течение нескольких тысячелетий. Чтобы ощутить интенсивность межэтнических контактов на этой обширной территории, приведем выдержку из [14]: «Поскольку к ХVII в. Сибирь была весьма слабо заселена различными по своему происхождению этническими группами, являвшимися коренным населением региона ... Наблюдались заметные процессы внутренней ассимиляции. Такие явления отмечались, например, у кочевавших на Северном Урале ненцев и северных коми, приведшие к ассимиляции части ненцев, в основном через брачные контакты, и образованию в ХГХ в. особой этнографической группы колвинских ненцев («колва-яран»)... В свою очередь (по этнографическим данным ХХ в.), среди сибирских ненцев не менее 12 % происходили от ассимилированных ненцами ханты и не менее 8 % — от ассимилированных ненцами энцев. В
ХVII в. на Таймыре слились в единое целое «пясидская самоядь» и тавги, образовав новое племя нганасан, которое в ХVIII в. ассимилировало часть тунгусов-ванядов (маятов). 

Другим заметным явлением в процессах ассимиляции ХVII — ХХ вв. была начавшаяся задолго до этого тюркизация угро-, кето-, самоедоязычных и других групп населения по всей зоне таких контактов от Урала до Саян и Якутии. Среди наиболее масштабных здесь следует отметить ассимиляцию в ХVII — ХVIII вв. татарами некоторых групп южных ханты (частично это устанавливается и по данным археологических раскопок в Барабе), селькупского и тунгусского населения в Томском Приобье в ХУП — ХГХ вв. со стороны различных местных групп тюркоязычного населения, кето- и самоедоязычных этнических групп на Енисее (аринцы, ястынцы, котты, моторы, камасинцы, асаны, кашинцы и другие) в ХУП — ХГХ вв. со стороны качинцев, кызыльцев, тубинцев и других тюрков, почти полная к концу Х1Х в. тюркизация кумандинцев (этноса во многом еще не установленного происхождения) со стороны окружающего тюркского населения Алтая, тунгусов и юкагиров со стороны якутов почти по всей территории современной Якутии

В 1989 г. у чулымских тюрков из 214 супружеских пар однонациональными были лишь 65, у кетов из 184 лишь 51, у энцев из 62 лишь 5. В 1990 г. вступили в смешанные браки 37,8% долган, 47% ненцев и 59% нганасан, в то время как в 1971 г. этот показатель у долган составил 26,3%, у ненцев — 31,4% и у нганасан — 15,1%. В 1974 — 1978 гг. смешанные браки среди эвенков составляли 33,7%, а в 1984 — 1988 гг. — уже 44,9%».


2.2.2. Межэтнические браки в Башкирии

Количественная характеристика брачных связей тептярей Уфимской (Оренбургской) губерний по сведениям на 1793 г.: моноэтнические тептярские - 70% тептярей с татарами - 13%
тептярей с башкирами - 15% (в некоторых уездах доходило до 40%) тептярей с марийцами - 0,2% (такое малое значение получилось, из-за физического отсутствия достаточного марийского населения) 

Таким образом, доля межэтнических браков тептярей составляла 30%.


2.2.3. Межэтнические браки в Киргизии

«Согласно данным переписи 1999 года, только 5% семей киргизов являются этнически смешанными. Из них, одну треть составляют семьи, в которых брачными партнерами являются казахи, и столько же приходится на долю семей, в которых одним из супругов являются узбеки». [10] Такой малый процент не в последнюю очередь получился за счет географической изоляции Киргизии от степных пространств Казахстана. В периоды войн и полного подчинения калмыкам, очевидно, процент межэтнических браков был значительно выше.


2.2.4. Межэтнические браки в российской Калмыкии 


«Частота смешанных русско-калмыцких брачных пар в Кетченеровком районе составляет 2,5%, ... В Городовиковском районе интенсивность смешения выше и составляет 15%» [6]. Следовательно, минимальная доля межэтнических браков — 2,5%, вот на нее и будем ориентироваться. 





Если просуммировать всех этнически далеких родителей, то доля таких браков не превышает 3-3,5%.

«... среди титульных этносов Закавказья, Средней Азии, юга Сибири доля членов межнациональных семей колебалась в пределах 3-10%, редко превышая 5%» [10].


2.2.6. Межэтнические браки в Казахстане

«В 1930-е годы отмечалось, что у основной национальности Казахстана доминировали все же однонациональные браки. Так, доля однонациональных браков в Казахстане у казахов составляла 95,4%. Этот показатель был еще выше у женщин основной национальности - казашек — 99,2%» [11].

Следовательно, доля межэтнических браков у казашек была 0,8%. Соответственно, у мужчин-казахов она была 4,6%. Такое различие по отношению к межэтническим бракам у мужчин и женщин на самом деле вызвано тем, что женщины менее мобильны и живут «внутри» общины, где межэтнические браки просто не с кем заключать. Мужчины же, напротив, более мобильны и часто приводят жен «со стороны».


2.2.7. Причины сохранения доли межэтнических браков на высоком уровне

Следует обратить внимание на один ойратский обычай, заставлявший брать невест у казахов и других степных народов. Как заметил В. Бакунин, «у калмык по их древнему и общему обыкновению никто из одного с собою рода жены взять не может, т.е., торгоутский у торгоутского, хошоутов из хошоутского, зенгорский и дербетев из зенгорского и дербетева, хотя б то и за сто колен было, под страхом смертного греха» [7].

Казах или казашка также не могли вступить в брак со своими родственниками до седьмого колена. Это был строгий закон, нарушение которого могло привести даже к казни, например, в виде разрывания на части конями. Главная (единственная) причина тому — страх вырождения за счет кровосмешения. У северных народов из-за малой плотности населения и невозможности найти невесту у неродственников существует обычай подкладывания женщин к чужеземцу. У казахов же юношу просто отправляли искать невесту как можно дальше от родовых кочевий. Идеальным был брак между представителями разных жузов, в крайнем случае разных племён или родов того же жуза. Даже сейчас в том же Алматы или Астане моножузовые браки встречаются значительно реже, чем межжузовые. Браки не только в пределах поселка невозможны, и даже и в пределах колхоза.

В XVII-XIX веках у казахских воинов почиталось за честь брать у джунгаров (ойратов) в жены их девушек. Казахи в Тарбагатае на границе с Китаем практически все имеют ойратские корни. Торе, толенгуты имеют ойратских родственников.

Интересно, что за калмыцких невест не надо было вносить калым, поэтому казахская беднота с огромным удовольствием женилась на них.

Различие в вероисповедании буддистов калмыков и мусульман казахов не мешало межэтническим бракам, поскольку религиозность как тех, так и других была в те времена весьма поверхностной и лишь государственно задекларированной, а не реальной. На самом деле и те и другие были в достаточной степени язычниками. Ойраты и халха приняли буддизм только в 1634 году (т.е., только через четверть века после того, как впервые началась экспансия калмыков в Казахстан), поскольку это было одним из организующих элементов впервые создаваемого Монгольского государства, задачей которого было обеспечить организованное противодействие монгольских племен маньжуро-китайской экспансии.

С другой стороны, есть интересные свидетельства об отношении казахов к религии, которые оставил нам А.Н. Харузин (написал ряд статей и двухтомную монографию о казахах Букеевской орды): «Большое внимание А.Н.Харузин уделяет личности хана Джангира (правил с 1824 по 1845 г.), европейски образованного правителя Букеевской орды, который положил начало оседлости букеевских казахов, а также насаждал, иногда насильственными методами, ислам в степи, призвав мулл из татар» [8].

Очевидно, что до принятия ислама казахи были сплошь такие же язычники как и калмыки, чьи верования основывались на шаманизме, возможно, с переосмысленными элементами несторианства, которое исповедовали многие роды кереитов и меркитов, вошедшие в калмыкские племена торгоутов и дербетов. Следует заметить, что и казахские жузы складывались как противовес калмыцкому давлению, но единое государство казахи так и не создали (кратковременные военные объединения не в счет).


2.2.8. Этнические свидетельства взаимного этногенеза народов, населяющих Казахстана и прилегающие степные территории

Чтобы качественно оценить степень перемешанности племен в Казахстане и в прилегающих степных областях, рассмотрим, какие «чужеродные» рода вошли в состав казахов, кыргызов, туркмен, калмыков, ногаев и пр.

В первую очередь, рассмотрим племенной состав калмыков и казахов с точки зрения взаимопроникновения этих этносов.

Казахи, башкиры, ногаи, кыргызы в составе калмыков

В составе российских калмыков есть крымские татары (мангыд), башкиры (иштык), ногайцы (ногай), туркмены (турхмен).

Рода «хасгуды, хасыг арван» у калмыков России.

В этнический состав калмыков вошли также томуты и шереты. Томуты — это дети отцов-татар и матерей-калмычек. Шереты (от «шариат») - потомки туркменов, захваченных Аюка-ханом и женившихся впоследствии на калмычках.

На протяжении второй четверти XVII в. до русско-калмыцких соглашений 1655-1661 гг. калмыки постоянно нападали на башкир и разоряли их. Башкирские рода бурзян, усерган, тангаур и кыпсак проживали в степных просторах р.Яик и Южного Урала и не могли отказаться от своих территорий. Башкиры были слабее, чем калмыки и, если бы не помощь русских, были бы полностью завоеваны. В 1644 г. русско-башкирские войска разбили калмыков в бассейне верхнего Яика. После этого башкиры постоянно нападать калмыков.

Москве нужны были калмыки в войнах с Польшей, поэтому она решила ограничить своеволия башкир., что, в частности, лишило их военной добычи, которую составляли в большой степени калмыкские пленники. Требования Москвы освободить пленных возмутило башкир и явилось одной из составных причин башкирского восстания 1662 года.

Как ни странно, впоследствии калмыки решили объединиться с башкирами против русских, что добавило межэтнических связей между двумя народами. В бассейнах рек Большой и Малый Иргиз, которые в продолжение первой четверти ХУШ в. были во власти калмыков, часто кочевали вместе с ними и башкиры.

Известный этнолог Г.О.Авляев, рассматривая улусы торгоутов Калмыцкого ханства, пишет: «хайчины (этноним) является тюркского происхождения от кипчак, кипсак» (Авляев, с.116), которые ассимилировались среди калмыков Эркетеневского улуса. Таких этнонимов в калмыцком языке предостаточно. Например, теленгуд (теленгуты), сохад и др., проникновение которых относится ко времени существования Ойратского союза.

Н.Н.Чебоксаров отмечает: «европеоидные примеси калмыков Западного улуса объясняются их географической близостью и активным взаимодействием с ногайцами, местными (кундровскими) татарами и туркменами, которые неоднократно оказывались в контакте с калмыками, нередко заключали с ними браки» (Эрдниев, с.64). В работе

Н.Н.Чебоксарова речь идет об антропологических изменениях у калмыков (форма носа, рост и др.) в условиях иной географической среды и изоляции их от других родственных монголоязычных народов.

Группа казахов была захвачена калмыками за р.Урал и переведена на правый берег Волги. Часть их ассимилировалась с калмыками, другая оказалась более устойчивой. Среди калмыков и в официальных правительственных документах они именовались «тогмуты», или «тогмутские татары».

Калмыки, например, неоднократно приводили с собой в качестве зависимого, неполноправного населения, попадавшиеся им на пути группы тюркского происхождения. «Трухменцы живут по-калмыцки, держатся магометанского закона, говорят особливым татарским языком, однако оный астраханские татары разумеют... , слывут хорошими хозяевами. Они богатее калмыков и на бою проворнее».

Часть дербетов из Калмыцкого ханства была в 20-х гг. XVIII в. захвачена крымскими татарами и уведена вглубь Крымского полуостова, обращена там в мусульманство. Она возвратила себе свободу лишь в 1783 г., при присоединении ханства к России.

«Томуты» («тагмуты», «томгуты») — это, по происхождению, - казахи, переведенные калмыками в 1644 г, через Волгу. Русские источники называли их «томгутские татары».

Среди тех же утаров-алабугатцев, смешанной группы ногайского происхождения, имеется род «кыргыз». По архивным свидетельствам, известна и орда «бурут», пришедшая в конце 50-х гг. XVIII в. вслед за калмыками на Волгу. Ее считали по происхождению казахами (Т.А.Трофимова), кыргызами современной Киргизии (Н.А.Аристов), сибирскими хакасами (Л. П. Потапов),

Значительно вливание в казахские рода со стороны калмыков произошло в процессе «Пыльного похода» 31 тыс. семей (170-180 тыс. чел.) ойратов- торгоудов в январе 1771 года, когда они приняли решение откочевать с низовий Волги обратно в Джунгарию. После переправы по замерзшей Волге, ойраты рассчитывали пройти через степи Младшего и Среднего жузов, выйти к Балхашу и от него через Семиречье пробиться в Джунгарию. Однако вскоре ойраты потерпели поражение от хана Младшего жуза Нурали, который захватил огромное множество женщин и детей в плен (думается, с женщинами, как обычно, поступили «традиционно», что важно для нашего исследования).

Часть енисейских кыргызов в Джунгарии, после разгрома ханства, вернулось обратно на Енисей, некоторые остались на месте, а часть оказалась среди казахов. Очевидно, многие из них, вместе с ойратами, стали толенгутами казахских султанов. Толенгутов было так много, что в XIX веке они образовали целую Толенгутскую волость на землях Среднего жуза. Среди казахов имеются «киши кара калмак» - ойраты, и «ески кыргыз» - енисейские кыргызы, которые в XIX веке полностью растворились среди казахов. Это вливание оценивают в 5% всего казахского населения.

Ассимиляция поддерживалась и тем, что многие рабы постепенно становились свободными скотоводами. Уже при русской администрации в результате отмены многих привилегий знати, роста населения и, как следствие, тесноты пастбищ, общего упадка кочевого образа жизни и перехода к земледелию привело к перемешиванию казахских родов. В Астраханский край попали ногайцы-карагаши с запада, из Предкавказья, и кыргызы-буруты, туркмены с востока, из азиатского ареала.

В начале XVII в. из-за калмыков большинство ногаев откочевало к Волге под защиту русских и даже в Крымское ханство. Остатки Ногайской орды примерно в 40 тыс. человек на долгое время попали в подчинение калмыкам до их ухода в 1771 г., после чего они вошли в состав казахов Младшего жуза.

Калмыки в составе казахов, башкир, ногаев

У казахских аргынов есть род кыргыз, переселенный в Казахстан еще при Абылай хане.

У казахских уаков и аргынов много калмыков. Известный Аргынский батыр Шакшак у которого была жена ойратка дала новый род у Аргынов.

У казахских найманов есть рода калмыков (жеты, каракши, кошпели, анда).

В свою очередь, у казахских кереев есть башкирский род естек. Сами казахи включили кереитов в свой состав сравнительно недавно, не раньше конца XVI и второй половины XVIII вв., т.е., в период наиболее интенсивного их общения и столкновения с ойратами.

У казахских адаев есть род туркмен-адай.

Среди казахов есть значительные группы из числа татар, узбеков, называемых чала-казахами, и арабов — хожа.

Казахский род калмак на севере Казахстана состоит из бывших пленных калмыков.

Туленгут также первоначально были калмыками их использовали как ханскую гвардию и прислугу (пастухи и пр.).

Много пленных казахов и ногаев, как уже отмечалось, было уведено в Заволжье и вошло в состав калмыков и потом вернулось назад, но со значительным генным материалом калмыков. У них до конца XIX века практиковалось двуязычие.

Казахов Горного Алтая называют калмаками, поскольку состоят в основном из калмыков. Их язык до сих пор сильно отличается от общепринятого казахского.

Калмыки (ойраты) и киргизы

Русские в 1703 г. по просьбе калмыков согласились, чтобы киргизы, которые непрерывно занимались набегами, как на местные окружающие их племена, так и на русские остроги, были удалены с Российской территории в Джунгарию, где они затем смешались там с бурутами и расселились до Андижана и Кашгара. Именно в этот период и стал образовываться современный киргизский народ на базе смешения ойратских бурутов и первоначальных киргизов. Киргизов даже называли бурутами. Киргизов частично ассимилировали ойраты, а затем использовали их в 1742-1750 гг. в Кокандских войнах.

Калмыки и башкиры

В южной и восточной Башкирии появились рода калмак, калмык. Калмыцкие подразделения есть в таких башкирских родах, как кармыш, тальтим, татигас, юрматы, баюлы-бурзян, бурзян, шунай, ногай бурзян, янаш, янсары, жанса и другие. О том, каким образом это происходило, остались некоторые свидетельства в старинных преданиях: «В старину в ауле Юлдыбаево проживал башкирский батыр Букэт, который яростно сражался с войском Батый-хана. Однажды Букэт захватил на поле битвы мальчика по имени Мамыт и привез его к себе домой. Так как мальчик весьма походил лицом на калмыка, то и называть его стали калмыком. Сам Букэт почти все время проводил в разных сражениях, и потому он не имел возможности заниматься воспитанием мальчика. Тогда Букэт передал его другому башкирскому батыру по имени Уляй. Тот отдавал много времени воспитанию мальчика и даже обучил его грамоте. Тогда наш род жил в тесном общении с Тангауровским родом. Когда Мамыт подрос, его назначили главой именно того тангауровского рода. От Мамыта родился сын. Его назвали Калмаком. От Калмака родились сыновья Кашкар, Раим, Баязит» [12].

Любопытно также, что одной из трех жен башкирского национального героя Салавата Юлаева была калмычка.



Ассимиляция монгольских племен в Казахстане и в смежных территориях




 Кереиты

По данным Рашид-ад-дина, кереиты имели в своем составе следующие племена: кереит, джиркин, конкаит (тунгкаит, донгхаит), сакаит (сахаит), тумаут, албат (элиат, альмат). Значит, кереиты и в домонгольский период были смешанного состава, с родом кереитов во главе. Считается, что средневековые ойраты-торгоуты Джунгарии и их потомки калмыки- торгоуты Калмыцкого ханства на Волге происходят от кереитов.

Часть кереитов после разгрома их монголами была рассеяна среди тюркских народностей и племен, где они со временем ассимилировались. У башкир и крымских татар — «кереит», «кирей», «гире».

Крупное казахское племя керей Среднего жуза делится на две ветви ашамайлы- керей и абакты-керей. Кроме того, в составе Младшего жуза имеется род кереит.

Среди калмыков-торгоутов в XVII-XIX вв. еще были роды - кереит, шин кереит (новые кереиты), хуучин кереит (стародавние кереиты). В середине
XVIII в. в составе калмыков-торгоутов было до 5 тысяч кибиток кереитов. В конце XIX - начале XX вв. в составе дэрбэтов - кереиты, хошуты, сохады (сахаит), в Хошеутовском улусе находились хошеуты и кереиты. Ханский домен калмыков-это торгуды-керяды. У нас есть потомки Хо-Орлюка, Аюки 

— потомков Ван-Хана кераитского.

У халха-монголов имеется два рода тангуд и торгууд, которые традиционно относят к кереитам. Известно, что у ойратов Синьцзяна существует значительный кереитский пласт.


Меркиты

Торгоуты-меркиты, «хо-меркиты» (благородные меркиты), ики меркиты (большие, основные меркиты), «шар меркиты» (желтые меркиты), хар меркиты (черные меркиты) в составе волжских калмыков вели свое происхождение от древнего союза четырех племен, из которого состояло Меркитское ханство.

Довольно много среди калмыков, называющих себя меркет (мерген - по- калмыцки - меткий, возможно, меркет другого происхождения).

Меркиты в XVII-XIX вв. встречались в составе тюркских народностей: алтайцев, тувинцев, хакасов, казахов, киргизов, ногайцев, узбеков, башкир и других.

У монголов-халха остался из 128 родов только один род меркит.

Если судить по литературным сведениям, то меркеты не участвовали в этногенезе третьего монголоязычного народа — бурят.

Но меркеты приняли заметное участие в этническом формировании ряда тюркоязычных народов. Согласно переписи 1897 г. у теленгитов и телесов в числе других родов зарегистрированы пять меркетов (меркетов), у собственно алтайцев (алтай - кижи) меркетов было 166 человек. Они имелись у телеутов. Следовательно, меркеты встречались в составе двух родоплеменных групп южных алтайцев и из северных алтайцев -у телеутов. Все названные выше группы алтайцев были в джунгарском подданстве.

У калмыков встречаются четыре группы меркетов: собственно меркеты, шара (желтые) меркеты, хо или соловые меркеты и хара или черные меркеты.


2.2.9. Окончательный выбор пределов и базовых значений долей межэтнических браков

Частота межэтнических браков в «военные» и «мирные» периоды должна отличаться. На основании данных, изложенных в предыдущих пунктах данного параграфа, выберем значения, близкие к минимальным, поскольку весьма большое количество поколений и степень изменения гаплогруппного состава (судя, например, по ключевым гаплогруппам C3, R1a1) требуют очень низкой частоты межэтнических браков:

- для «военных» периодов истории Казахстана частоту межэтнических браков для мужчин примем равной минимальному значению 3%, а для женщин возьмем значение в 2%;

- для «мирных» периодов истории Казахстана частоту межэтнических браков для мужчин и женщин примем равной значению всего 1%.

Используемые далее значения, меньшие чем даже минимальные, взяты по причине предполагаемой сильной растянутости общепринятой в исторической науке хронологии межэтнического взаимодействия автохтонных европеоидных племен Казахстана и монголоидных племен, начиная с гуннов.

Конечно, отсутствует определенная строгость в значении задаваемых в модели параметров, от которых могут существенно зависеть результаты моделирования. Вместе с тем, как будет далее показано в анализе результатов моделирования, общепринятая хронологическая версия исторического развития казахского этноса требует частоты межэтнических браков, сильно отличающейся от разумных значений в меньшую сторону.


2.3. Гаплогруппный состав исходных популяций

И, наконец, определим гаплогруппный состав начальных популяций - автохтонной и внедряемой через межэтнические браки. Напомним, что под браком понимаются любые взаимоотношения мужчин и женщин, приводящие к появлению потомства, включаемого в автохтонный этнос.

В данной работе отдельно рассматриваются два процесса метисации:

• метисация представителями северокитайского этноса автохтонов Монгольских степей;

• метисация представителями монгольских племен автохтонного населения Казахстана.

Для простоты считаем, что в каждом из вышеуказанных процессов участвуют только два этноса: некий автохтонный и чужаки. Поскольку начало процесса метисации отстоит от нашего времени на несколько десятков поколений в прошлое, то о первоначальном гаплогруппном составе этих этносов приходится делать некие предположения. Фактически, выдвигается гипотеза о конкретном виде гаплогруппного распределения, а последующее статистическое моделирование или подтверждает правильность догадок (выдвинутой гипотезы) или отвергает. Заметим, что любой из исходов (отрицательный или положительный) обладает равной ценностью для исторической науки.

Далее в этом параграфе как раз и формулируются соответствующие предположения об исходном гаплогруппном составе взаимодействующих этносов.

Финальное состояние этноса, подвергавшегося определенное время метисации, нам известно: в первом случае - это современные монголы, а во втором - современные казахи. Гаплогруппный состав монголов и казахов нам известен. Вместе с тем, по причине определенных расхождений по гаплогруппному составу, приводимых в различных источниках (пока статистика недостаточна), в настоящей работе в качестве эталонных гаплогруппных распределений казахов и монголов используются данные, полученные усреднением по нескольким публикациям.

2.3.1. Исходные гаплогруппные распределения для задачи этногенеза монголов 


Метисации подвергались как монголы со стороны китайцев, так и китайцы со стороны монголов. Учитывая весьма значительную разницу в объемах популяции монголов и китайцев, будем считать, что метисация шла только в одну сторону - «китаизация» монголов.

Исходя из рассматриваемой гипотезы о постепенной китаизации протомонгольского населения в процессе многовекового сосуществования, изначальный гаплогруппный состав протомонголов должен был содержать «китайские» гаплогруппы в минимальной степени. Но какие именно эти гаплогруппы? Ответ, по-видимому, лежит в гаплогруппном составе западной ветви монгольских племен, именуемых ойратами или, как их именовали казахи, калмыками. Дело в том, что калмыки избежали интенсивной китаизации, начавшейся с установления власти маньчжуров над объединенным Китаем.

Кроме определенных предположений наличествуют, пусть и строго региональные, данные по древним ДНК жителей Монголии. Имеется в виду некрополь Эгин-Гол, расположенный на р.Селенга у северной границы Монголии с Бурятией, существовавший предположительно периода с III в. до н.э. по II н.э [4]. По 103 захоронениям был проведен генетический анализ на гаплогруппы mtDNA.


Как следует из таблицы 2.5, гапоруппный состав современных монголов довольно близок к результатам, полученным по некрополю Эгин-Гол. Вместе с тем, имеет место сильное различие по A, D и M*.

По гаплогруппе M* можно предположить (и проверка этого предположения есть одна из целей данной работы), что племена Монголии, осуществляя «монголизацию» населения Казахстана, одновременно испытывали на себе этническое проникновение из Китая, в частности, увеличение доли гаплогруппы M с 4,4% до 15,3%.

Различия для остальных гаплогрупп могут быть также и из-за того, что исследованная компактная группа захоронений отражает генетическую ситуацию конкретного района, а в целом по древней Монголии результаты могут отличаться.

Близкое соотношение монголоидной и европеоидной составляющих у современных монголов и древних жителей из Эгин-Гол, с одной стороны, может сигнализировать о высокой степени стабильности гаплогруппного состава в течение 2000 лет, а, с другой стороны, может быть результатом неточной датировки захоронений в сторону удревнения. В пользу второго соображения говорит различие гаплогруппного состава у бурят и халха сегодня, которого не должно было быть на таком длинном интервале совместного этногенеза.

В соответствии с таблицей 1.2, гаплогруппный состав YDNA для внедряемого этноса возьмем аналогичным современным калмыкам с несколько увеличенной гаплогруппой С3 до 70% как у ряда племен, входивших в калмыкское объединение.

Гаплогруппный состав женских и мужских линий у протомонголов, подвергшихся китаизации, представлен в следующих двух таблицах:


Гистограмма mtDNA-гаплогрупп была построена как полусумма гистограмм современных монголов и представителей из некрополя Эгин- Гол кроме гаплогруппы M*, соответствующей данным из Эгин-Гол, поскольку еще не были затронуты сильной китаизацией.


В данной работе осуществляется проверка возможности начала китаизации с середины XVI века, когда началось давление маньчжурского Китая на север в монгольские степи. Следствием этого началась и монголизация жителей Казахстана посредством части монгольских племен (калмыков), самих бежавших от маньчжурского давления.

Считаем, что гаплогруппное распределение китайцев мало изменилось за последние 2000 лет, поскольку Китай представляет собой довольно замкнутый географический регион, ограниченный наполовину Тихим океаном, а с западной стороны граничащий с малонаселенным Тибетом и районом юго-восточных джунглей, также мало населенных и труднопроходимых. Северная граница Китая как раз открыта для проникновения кочевых племен Монголии, но в силу их сравнительно малой численности они повлияли на гаплогруппный состав китайцев значительно меньше, чем китайцы на них.

 




Финальная популяция

В качестве финальной популяции принимаются современные монголы, мужской и женский гаплогруппные составы которых представлены в следующих таблицах:




2.3.2. Исходные гаплогруппные распределения для задачи этногенеза казахов

В качестве модели исходного европеоидного населения Казахстана примем этнос, гаплогруппный состав которого соответствует русским Центральной части России. Для определенности положим, например, что данный этнос имеет распределение гаплогрупп как полусумма гистограмм гаплогруппного распределения жителей Вологды и Тамбова. Очевидно, что древние праславяне, пришедшие на эти территории, сами потерпели метисацию со стороны финно-угорских племен. Полагая, что метисация автохтонов Казахстана представителями Волго-Уральского региона произошла в очень короткий период времени и в полном объеме, соответствующим современному состоянию русских (которых используем в качестве модели автохтонов Казахстана), поэтому на всем этапе моделирования можно проводить метисацию только монголоидами с востока (из Монголии), а метисация угро-финнами уже учтена в гаплогруппном составе русских.

На самом деле, для оценки метисации монголоидным субстратом не важен точный гаплогруппный состав европейских гаплогрупп у автохтонов. Главное - оценить изменение доли «азиатских» гаплогрупп во времени, и понять, при какой частоте межэтнических браков и за какое количество поколений достигается та доля «монголоидности», которая имеет место у кахзахов в наше время.


Автохтонное европеоидное население Казахстана

Метисации подвергались как казахи со стороны монголов, так и монголы со стороны казахов. С одной стороны, казахов по количеству было ненамного меньше ойратов и халха, с другой стороны, мы не видим серьезного влияния казахов на племена Монголии, кроме, быть может, определенного их числа, проживающего в Синцзяне. Из истории известно, что давление со стороны калмыков и других монгольских племен в Казахстан было куда серьезнее обратного давления. Поэтому будем учитывать только «монголизацию» автохтонов Казахстана, а изменение фенотипа монголов за счет казахского населения примем отсутствующим.



Чужаки-монголоиды

В качестве модельного этноса, который осуществляет метисацию коренного европеоидного населения Казахстана примем предков современных монголов, гаплогруппный состав которых соответствует тем же протомонголам, модель гаплогруппного распределения которых используется для анализа процесса метисации протомонголов представителями китайского этноса (см. таблицы 2.6).

Финальная популяция

В качестве эталонных гаплогруппных составов mtDNA и Y-DNA финальной популяции примем таковые у современных казахов:


Из таблицы 2.10а следует, что общая доля азиатских mtDNA-линий у современных казахов равна величине 49,9%


Из таблицы 2.10б следует, что суммарная доля «азиатских» мужских гаплогрупп C3,N,O,Q у современных казахов составляет 56%.


ГЛАВА 3. Результаты статистического моделирования

Основная задача - с помощью статистического имитационного моделирования проверить гипотезу о том, что главным в этногенезе насельников Казахстана была метисация исходного европеоидного населения, близкого к восточным славянам (точнее к русским) монголоидным субстратом восточного (монгольского) происхождения.

Прежде чем заняться вопросом этнического влияния монголов на жителей Казахстана, как уже говорилось, следует рассмотреть этногенез самих монголов, который проходил в этот же исторический период. Полагаем, что главной составляющей этногенеза современных монголов была китаизация средневековых монголов.

Повторим еще раз, что в силу значительной разницы в объеме популяции китайцев и монголов будем считать, что монгольский генофонд повлиял на китайский в значительно меньшей степени, чем наоборот - китайский генофонд на монгольский. Т.е., будем рассматривать только одностороннее влияние китайцев на монголов, причем, оно происходило и в случае побед монголов через использование монголами китаянок, так и в случае поражений монголов через использование уже китайцами жен побежденных монголов. Мирные периоды сосуществования характеризовались одновременно обоими процессами, идущими «навстречу» друг другу, но с одним и тем же результатом - китаизацией монголов.

3.1. История Китая в свете межэтнического взаимодействия с кочевниками Монголии

Изложим кратко принятую в исторической науке версию истории Китая, причем, акцент в изложении сделаем на фактах межэтнического взаимодействия китайцев и их северных соседей - предков современных монголов и маньчжуров.

«Во время, носящее название в китайской истории название «эпоха пяти варварских племен» (304 — 399 гг.), Северный Китай был захвачен и покорен хуннами и сяньбийцами, основавшими там ряд эфемерных государств... на берегах великой реки Яньцзы удержалась самостоятельная Китайская империя — наследница империи Хань.... Слабые и бездарные императоры часто менявшихся династий оставили в жертву варварским вождям китайское население «Срединной равнины», как именовалась в то время долина реки Хуанхэ... Племя тоба, победившее все своих соперников... объединило весь Северный Китай в одну империю, которая получила китайское название Вэй (386 г.). Это был первый шаг тобасского хана к компромиссу с китайским населением, составлявших абсолютное большинство его подданных. Начавшийся процесс ассимиляции кочевников привел к тому, что концу V в. потомки тобассцев... перестали пользоваться родным языком и начали говорить по- китайски... Еще более круто обошлись с сяньбийцами в Северо-Восточном Китае ... Императорские родственники в числе 721 человека были убиты, а тела их брошены в воду, чтобы лишить погребения» [2, с.9-10].

В середины V в. и до середины VI в. государство Тоба-Вэй непрерывно воевало с жужанями. В 553 г. жужани, спасаясь от тюрков, перешли в Китай, где они через несколько лет закончили свое существование.

С середины и до конца VI в. непрерывные войны китайцев с тюрками, причем, тюрки заходили южнее Великой китайской стены. Особенно интенсивными они были в самом начале VII в, в результате Восточно­тюркский каганат попал в вассальную зависимость от империи Суй. «... обитатели пограничной полосы — потомки тобасцев — были в числе обиженных суйским режимом. Они давно уже перестали быть тобасцами, но в VII в. еще не стали китайцами, составляя особую этническую группу, равно удаленную от Китая и Великой степи... Тюрки называли эту народность «табгач» [2, с.169].

«В 617 г. Шибир-хан стал факическим хозяином Срединной империи. Грабительские набеги тюркютских латников простирались до стен Цзиньяна. Множество китайцев перебежало на сторону тюркютов и умножило их войска. Кидань, Шивей, Тогон и Гаочан подчинились Шибир- хану» [2, с.170-171].

«... 618 г. стал переломной датой не только для Китая, но и для всей Азии. Великий полководец, администратор и политик Ли Ши-минь... хотел не просто завоевать страны с разными культурами, но и сроднить эти культуры ... До сих пор культурный обмен шел стихийно; с 618 г. его стали поощрять сознательно. ... множество китайцев, бежавших от суйской тирании, осело в тюркютских кочевьях и породнилось со своими гостеприимными хозяевами. Немало степных удальцов стекалось под знамя отважного воина Ли-Юаня.... Они женились на изнеженных китайских девушках ... Так создавалась империя, так умножалась народность «табгач», и таким образом оказалась проломанной Великая стена как в прямом, так и в переносном смысле» [2, c.175].

«В Китае возник большой интерес ко всему иноземному... Шел постоянный обмен людьми: в Чанъани уже в 20-х годах VII в. жило 10 тыс. семей тюркютов. Их одежда и нравы импонировали китайской знати, и возникла мода на все тюркское... Тюркская одежда — зеленый или коричневый халат с воротником, запахнутый налево и подпоясанный ремнем, стал в Танскую эпоху обычной одеждой. Но еще больше понравилась китайцам юрта, которая в зимнее время была жилищем несравненно более совершенным, нежели китайские дома VII в. Преимущества юрты весьма подробно описал поэт Бо Цзюй-и (772-846). Китайские вельможи ставили юрту у себя во дворе и переселялись в нее на зимнее время... Власть Суйского дома над восточными тюркютами казалась окончательно утвержденной. Жангар Киминь-хан не только охранял границу, но и принимал все меры к тому, чтобы сделать свой народ похожим на китайцев. Он пытался заставить тюркютов носить китайскую одежду, строить дома и сеять хлеб» [2, с.165].

«В 960 военачальник Чжао Куан-инь основывает династию Сун (960 — 1279). Все три столетия Сун прошли под знаком успешного давления на Китай со стороны северных степных народов. Ещё в начале X века усилилось развитие и консолидация протомонгольской этнической общности киданей, соседствовавшей с Китаем на северо-востоке. Государство киданей, основанное в 916 и существовавшее по 1125, получило название Ляо. Активно укрепляясь на северных рубежах, кидани отторгли часть китайских территорий (часть современных провинций Хэбэй и Шаньси). Основы управления в государстве Ляо были созданы китайцами и корейцами, на основе китайских иероглифов и из китайских элементов письма была создана письменность, развивались города, ремёсла, торговля. Не сумев справиться с соседями и вернуть утраченные территории,

Сунская империя была вынуждена пойти на подписание в 1004 мирного договора и согласиться на выплату дани. В 1042 дань была увеличена, а в 1075 Китай отдал киданям ещё часть своей территории» [3]. Очевидно, что территория была отдана вместе с населяющими их подданными.

«В XII веке Китаю приходится отдать ещё большую территорию новым захватчикам — южноманьчжурским чжурчжэням, создавшим (на базе уничтоженной ими в 1125 империи киданей Ляо) государство (впоследствии — империю) Цзинь (1115 — 1234), границы которой проходили по р. Хуайхэ... В 1127 чжурчжэни захватывают столицу империи Сун — Кайфын и берут в плен императорскую семью» [3]

«В начале XIII века в Китай вторгаются монголы. В 1231 основные силы монголов вернулись в Северный Китай и к 1234 завершили разгром чжурчжэньского государства Цзинь... Завоевания в Южном Китае были продолжены уже в 1250-х, после походов в Европу и на Ближний и Средний Восток. Хан Хубилай, захватив ханский престол, в 1260 перенёс столицу из Каракорума на территорию Китая (сначала в Кайпин, а в 1264 в Чжунду — современный Пекин). Столицу южносунского государства Ханчжоу монголам удалось взять лишь в 1276. К 1280 весь Китай был завоёван, а Сунская империя — уничтожена. После покорения Китая хан Хубилай основывает новую династию Юань (1271 — 1368), на службу новой власти привлекаются кидани, чжурчжэни, тюрки» [3].

«В результате длительной борьбы в середине XIV века монголы были изгнаны. К власти пришёл один из руководителей восстания - сын крестьянина Чжу Юаньчжан, основавший государство Мин (1368 — 1644)... С 1618 маньчжуры усиливают вооружённое давление на Китай. За восемь лет они выходят практически к Великой китайской стене (на крайнем востоке)» [3]. Преемник Нурхаци Абахай меняет название династии на Цин («Светлая») а сам стал именоваться Цин Ши хуанди (!). В начале XVII века маньчжуры завоевали Южную (Внутреннюю) Монголию. На всей территории Южной Маньчжурии и захваченных ханств Южной Монголии устанавливается централизованная администрация» [3]. Вот с этого момента и началась политическая самоорганизация разрозненных монгольских племен, чтобы противостоять мощному маньчжуро­китайскому давлению. Часть монгольских племен (калмыки) предпочла более легких противников в лице племен Казахстана.

«Маньчжурская конница, поддержанная внутренними монголами,
начинает совершать регулярные набеги на Китай, грабя и обращая в рабство сотни тысяч китайцев. Императору Мин приходится направить на северные рубежи свою лучшую армию под командованием У Саньгуя... 6 июня 1644 маньчжуры захватывают столицу... Маньчжурская династия в государстве Цин правила с 1645 по 1911 год. В руках маньчжурской знати находились высшие органы власти и руководство армией. Смешанные браки были запрещены, и тем не менее маньчжуры быстро китаизировались, тем более что, в отличие от монголов, они не противопоставляли себя китайской культуре» [3]. 

Заметим, что даже государственный запрет не смог препятствовать взаимному смешиванию народов, живущих на одной территории. Также подчеркнем, что периодически накатывающиеся волны кочевников полностью ассимилировались среди китайцев.

В процессе исследований будем одновременно анализировать изменение мужского и женского гаплогруппных составов автохтонного населения под воздействием метисации.

Частота межэтнических браков, выражаемая в процентах всех браков популяции за одно поколение, фактически отражает интенсивность внедрения в коренное население чужого этноса.

Первый этап - подбор такой частоты межэтнических браков, который бы обеспечил за известный из истории период времени существующий в настоящее время гаплогруппный состав исследуемого этноса.

Второй этап - осуществляется в том случае, если на первом этапе получено аномальное значение частоты межэтнических браков. Подбирается такая длительность метисации, которая бы при разумных значениях частоты межэтнических браков привела бы к современному гаплогруппному распределению. Очевидно, что «разумное» значение частоты межэтнических браков может лежать в довольно широких пределах. Поэтому более логичным было бы сделать определенные предположения о длительности таких периодов метисации, исходя из какой-либо исторической гипотезы (конечно, если на первом этапе получены результаты, которые требуют пересмотра длительности исторических событий).

3.2. Метисация монголов китайцами 


Предположим, что процесс межэтнического взаимодействия, начавшийся давлением централизованного Китая под руководством маньчжуров на север против монгольских племен, полностью покрывает всю историю взаимоотношений Китая и его северных соседей-протомонголов. Длительность этого этапа, согласно официальной истории, составляет 18 поколений (если считать до момента отделения Монголии от Китая в 20-х годах XX-го века).

Методом подбора была получена частота межэтнических браков, обеспечивающая наилучшее совпадение гаплогруппного распределения современных монголов и результатов моделирования на интервале 18 поколений (т.е., с начала XVI века). Данная частота составила всего 3% межэтнических браков за поколение. Аналогично, методом подбора на интервале в 73 поколения (соответствует историческому периоду со второй половины II-го века н.э., когда по документам зафиксировано серьезное давление протомонгольских племен на северный Китай) была получена частота межэтнических браков, равная очень малой величине 0.5%.

Результаты сравнения реального распределения гаплогрупп современных монголов и данные, полученные с помощью статистического компьютерного моделирования, приведены на рис.3.1 — 3.6 (на графиках по вертикали даны доли гаплогрупп в процентах).


На рис.3.1 показаны гистограмма гаплогруппного распределения китайцев (пунктирная линия) и гистограмма гаплогруппного распределения протомонголов (сплошная линия), которые заданы для начального состояния моделирования. С течением времени гистограмма гаплогруппного распределения протомонголов под воздействием процесса метисации изменяется и в конце должна стать близкой к гаплогруппному распределению современных монголов. Гаплогруппное распределение
китайцев на всем периоде моделирования считаем неизменным в силу того, что объем популяции китайцев много больше, чем монголов. 

Обратим внимание, что в начале моделирования имеет место сильное расхождение по доле мужских YDNA-гаплогрупп С3 и О3 между китайцами и протомонголами (условно «калмыками»). Контроль качества сходимости модели и реального гаплогруппного распределения современных монголов будем вести именно по этим двум гаплогруппам.

По женским mtDNA-гаплогруппам картина различия более «смазанная», если так можно выразиться. Поэтому контроль качества сходимости будем оценивать по всему «азиатскому» набору гаплогрупп A, B, C, D, M*, F, G.



Хорошее совпадение процентного распределения мужских гаплогрупп C3 и O3 у современных монголов и моделируемых монголов (рис.2,3), а также и
распределения совокупности женских гаплогрупп (A,B,C,D,M*,F,G) для 18- ти поколений, «маньчжурского» периода метисации (рис.3.5) показывает, что основное направление этногенеза монголов определено с высокой степенью достоверности. 

Вместе с тем, имеющиеся отличия, особенно по распределению женской гаплогруппы D на историческом отрезке в 73 поколения (рис.3.6), показывают, что в этногенезе монголов в определенной степени участвовали и другие народы.

Следует сделать одно важное уточнение. Поскольку исходная статистика по гаплотипам монголов не очень велика, достаточно достоверные данные получены по тем гаплогруппам, чья доля действительно значительна. Именно по этой причине основным критерием в анализе результатов моделирования является совпадение по наиболее «многочисленным» гаплогруппам.

Таким образом, значительный период истории Китая от начала маньчжурского завоевания и до наших дней сопровождался довольно малым межэтническим взаимодействием китайцев и монголов, которое в среднем составляло всего 3% межэтнических браков за поколение, что соответствует нижней границе оценок, полученных для современных киргизов и казахов.

Официальная историческая версия, предлагающая значительно более длинный период межэтнического взаимодействия китайцев и монголов, и составляющий не менее 73 поколений (начиная со 175-го г. н.э.), требует аномально малой частоты межэтнических браков не более 0.5% за поколение, которая соответствует состоянию популяции, близкому к самоизоляции.

Как показали результаты моделирования, в случае состояния, близкого к самоизоляции, заметным становится внутрипопуляционный процесс «съедания» малочисленных гаплогрупп более многочисленными, в результате чего, например, в процессе моделирования на последнем 73-м поколении из 19-ти мужских гаплогрупп иногда оставалось 10-12, не более. Поскольку у «реальных» монголов гаплогруппный состав достаточно разнообразный, в отличие, скажем, от тех же якутов, эвенков или чукчей, то очевидно, что монголы не могли быть в такой самоизоляции на протяжении 73-х поколений. Межэтнические контакты с крайне малочисленными и разбросанными по всей Сибири северными соседями монголов вообще могут не учитываться.

3.3. Метисация протоказахов монголами

В процессе моделирования было принято, что в периоды войн частота межэтнических браков у мужчин-автохтонов составляла 3%, а у женщин — 2%, а в «мирные» периоды — 2% и 1% соответственно. Такие частоты межэтнических браков для протяженности метисации в 76 поколений дают наилучшее совпадение результатов моделирования с данными по современным казахам. Средняя частота межэтнических браков по всем историческим периодам и по мужчинам и женщинам составила примерно 2%. Результаты моделирования представлены на рис.3.7—3.10 (на графиках по вертикали отложены доли гаплогрупп в процентах).




Несколько меньшее значение, полученное моделью по O3, возможно, объясняется тем фактом, что интенсивное взаимодействие восточных казахов со своими родичами в Синцзяне не прекратилось и после установления границы между Китаем и Россией в Туркестане.





Обратим внимание на интересную корреляцию формы кривой «европеоидной» части обоих графиков (от H до V). Создается впечатление, что у женской составляющей протомонголов в достаточном количестве имеются следы какого-то предыдущего или завоеванного европеоидного населения. Возможно, это генетический след ассимилированных ранних Rial со своими женщинами в Монголии, которых, по-видимому, было сравнительно немного, или это следы от Nlc.







Одновременное небольшое превышение моделью долей гаплогрупп D и H связано с тем, что у исходной европеоидной популяции высок процент H, а у метисирующей монголоидной популяции высок процент D (рис.3.9). Ни при каких частотах межэтнических браков одновременно снизить доли обеих гаплогрупп невозможно, поскольку может идти речь только о перераспределении их долей в гаплогруппном распределении моделируемой популяции. Синхронно понизить или повысить их долю можно только повышением/понижением долей иных гаплогрупп. Данный эффект показывает, что в складывании современного казахского этноса кроме метисации исходного населения монголоидным субстратом, конечно же, играли определенную роль и контакты с населением Средней Азии и Сибири. Другое дело, что моделируемый процесс монголоидной метисации носил явно главенствующую роль. В качестве примера дополнительных межэтнических контактов можно упомянуть казахский род «катаганы» с гаплогруппой J2, который пришел из Афганистана.

Моделирование процесса метисации населения Казахстана калмыками исходило из того, что гаплогруппный состав калмыков за то же самое время мало изменился. Но очевидно, что процесс метисации шел в обе стороны, пусть и с разной интенсивностью. Если для пары этносов китайцы- протомонголы влиянием монгольского генофонда на китайский генофонд можно пренебречь в силу сугубой разницы в объемах популяций, то для пары казахи-калмыки преимущественное влияние калмыков на казахов следует объяснить.

Итак, во-первых, гаплогруппный состав современных российских калмыков на удивление содержит мало европеоидных гаплогрупп, и сильно отличается от казахского галпогруппного распределения в «монгольскую» сторону. А ведь это та часть калмыков, которая наиболее длительное время находится среди немонгольских народов.

Во-вторых, численность казахов тех времен сильно преувеличена, хотя, надо признать, что среди степных народов Казахстана они были наиболее многочисленны. Приведем некоторые статистические данные по численности населения Средней Азии.

В 1887 г. во всем Туркестане проживало 3,7 млн, а с 1926 г. по 2000 г. население только Казахстана выросло почти в 3 раза — с 6,1 млн. до 16,8 млн. Для сравнения, в том же 1926 г. в Туркестане проживало 13.7 млн. Таким образом, можно предположить, что в 1887 г в Казахстане было примерно 1,5 млн. Эти данные значительно меньше, чем общепринятая численность казахов 3,1 млн на начало XX века (Старший жуз — 0,7 млн., Средний жуз — 1,3 млн., а Младший жуз — 1,1 млн). А сколько было в Казахстане в конце XVII века? Попробуем воспользоваться оценкой военного потенциала народов Средней Азии, полученных губернатором Оренбуржья и историком Татищевым от своих информаторов:

«Башкиры: 60000, а после длительного уничтожения русскими в 1740 г. 25000 войска имеют.

Алтайские киргизы: народ сильный 30000.

Акъялав (выше Ташкента): 60000 были в войске Тамерлана.

Бухара: 25000.

Каракар: народ малый, кочующий при горах Алтайских в верховьях Иртыша по реке Каракол, состоят под властью зюнгоров. Их в войско собирается до 5000 человек.

Каракалпак: народ довольно людный, при восточном береге Аральского моря по реке Сыр, при устье оной до Ташкента и Туркестана, и сии зовутся верхние, другая часть, по реке Кувакан, называются нижние, и около старинного града Джантейн. Верхних присваивает силою властитель зюнгорский, а нижние в подданстве русском. Последних счисляется 10000 семей, а всех войска собирается до 25000. Хотя переходно по степи обитают, однако ж жита довольно сеют, а более нижние о том прилежат, верхние же конями и скотом обильны. Они всегда к нападению киргиз-кайсаков готовы, для чего имеют земляные крепостцы. О себе они говорят, что в древности жили при Волге в Болгарии и перешли к Аралу за 260 лет прежде взятия русскими Казани.

Кипчак: род знатный кайсаков, и обитают с ними, но не мешаясь. Оные, говорят, до 9000 войско собрать могут. Сего рода, как и Табынь, находится немало в Крыму, Нагаях и Башкирии.

Киргизы: смотри выше алатавские татары.

Киргиз-кайсаки: правильнее же киргиз-казаки, народ многолюднейший из всех сих, обитают от Яика до Аральского моря, иногда и за оное к югу до Каспийского моря, иногда проходят к северу до гор Китык, иногда за оные к Сибири до реки Ишим набеги чинят. Сей народ разделяется на 3 части, по ихнему именуют сотни: Большая, Средняя и Малая, и каждая имеет своего хана. Граничат с ними от Каспийского моря трухмены, а также Хива. Возле Сыр реки аралы и каракалпаки, а далее зунгоры у реки Сураса. С сими со всеми войну непрестанную имеют. Из них Меньшая и Средняя в 1735-м отдались в подданство русское. Их может собраться от 40 до 50 тыс. войска. Они разделяются на разные роды: в Меньшей - алчин и джитырь (т.е. семиродцы), в Средней четыре, а именно: найман, аргин, увак, гереи и кипчак. Сии роды снова на многие племена разделяются. Большая же обитает за оными к востоку по рекам Чирчик, Арыш и Каласа около Туркестана, почитаются за подданных зюнгорских. Войска их не собирается более 10000».

Какие можно сделать выводы из приведенной цитаты работы Татищева? Во-первых, общее количество башкир было не меньше, чем казахов всех трех жузов (!). Во-вторых, казахов было всего-то вдвое больше каракалпаков. В-третьих, алтайских киргизов всего вдвое меньше, чем всех казахов, т.е., 30000 войска (явно завышенная цифра!). Скорее всего, это уже с учетом дополнительных племен (буруты и пр.), которые вошли в киргизское объединение после увода их ойратами с Алтая, поскольку тогда их числилось всего 3000 семей (1703 год), что составляло всего 12-15 тыс. человек обоего пола.

Такая большая разница в цифрах по киргизам позволяет думать, что вообще численность войск у степных народов завышена. Очевидно, что, считали не войско (кто ж его считал!), а юрты или семьи. Это косвенно подтверждается и тем, что «малый» народ каракар, якобы, насчитывал 5000 войска. Заметим также, что общая численность войск Средней Азии (без туркмен, заметим) получается около 190 тыс, т.е., население должно быть не менее 1,5 миллиона, и только на Казахстан — около миллиона. Цифра получается завышенной. Скорее всего, речь шла о 190 тыс. семей, что как раз составит 0,8-1,0 млн. человек.

Также из работы Татищева видно, что джунгары (зюнгоры) держали в подчинении Старший жуз, а также успешно воевали с казахами Младшего и Среднего жузов. Стало быть, и численность у них была не меньше, чем у казахов. Кроме того, были еще и российские калмыки (не менее 150 тыс.), и джунгары Синцзяна. Кроме того, несколько калмыкских родов жили разбросанно по всему Казахстану, а также уже входили в другие степные объединения.

Таким образом, общая численность ойратских (калмыкских) родов, которые так или иначе контактировали с казахами, была в два-три раза больше, чем казахов. Если учесть и преимущественность влияния калмыков на казахов, а не наоборот (см. выше по гаплогруппному составу калмыков), то предположение о постоянстве гаплогруппного состава калмыков на интервале времени шести поколений можно считать приемлемым.



Казахи и калмыки на географических картах современников

Политическая ситуация в Казахстане и сопредельных территориях с конца XVI в. и до конца XVIII в. нашла свое отражение и в географических картах того времени. Фрагменты карт, приводимые в данном параграфе, взяты с сайта Staff&Co http://staff1.chat.ru/pagebuilder/ooo.html очень интересного картографа и исследователя Стафеева С.К. (см. также http://www.portvein777.narod.ru).

На карте Тартарии Дженкинсона, изданной в 1562 году, мы видим довольно обширную территорию в западном Казахстане с названием Nogaia, а восточнее — Cassackia. Таким образом, общее наименование группы племен «кассаки=кайсаки» в то время уже было. А вот с начала XVII века этноним «кассаки, кайсаки» пропадает на 150 лет, вплоть до середины XVIII века.





На рис.3.11 изображен фрагмент карты Тартарии, изданной в 1579 году. На ней мы видим ногаев (Nagaia) на р. Урал и восточнее их Cassackia, т.е., «кассаки» или «кайсаки». Пока никаких калмыков нет. На рис.3.12 приведен фрагмент карты Хондиуса от 1606 года. Уже Казахстанские степи полны калмыками: kalmuski tartari на реках Урал, Эмба, а также в центральном Казахстане. А вот кассаки исчезли. В то же время имеются каракитаи, которые существовали во времена Чингиз-хана. В то же время, на карте Блау от 1636 года (рис.3.13) центр Казахстана занимают kasakki tartari. Таким образом, середины XVII века кайсаки еще встречаются на картах наравне с калмыками. На русской карте 1673 года (рис.3.14) довольно подробно изображено несколько калмыкских орд пока еще в Восточном Казахстане, а именно, торгоуты, дюрбеты, хошоуты, а также несколько объединений разных тайшей. В то же время, орда Хо-Урлюка уже находится в Центральном Казахстане, а южнее ее на берегу Сыр-Дарьи указаны «казачьи орды», т.е., те самые «кайсаки».

Далее, до 2-й половины XVIII века кайсаки исчезают с карт, а весь Казахстан занят калмыками, как это можно видеть на рис.3.15 — 3.17. Только на очень подробных картах (например, карта Хоманна XVIII века) имеются очень маленьких размеров орды кайсаков Kasanid Horda и на территории узбеков еще одна маленькая Kasazier Orda.








 


Дополнительно приведем еще небольшой перечень карт:

Сансон. «Тартария», 1654. Указаны калмыки на Яике и Эмбе, в западном Казахстане. Есть узбеки, а казахов (киргиз-кайсаков) — нет.

В 1707 году Лулли издал очень подробную карту Тартарии. Весь Казахстан занимает Pays des Calmoucs, а восточнее — Royaume de Eluth (Олёты), а южнее еще и Calmoucs Eruns. Севернее также указано несколько калмыкских орд, и нет никаких казахов.

На карте России, изданной Данном в 1774 г. центр Казахстана уже занимает Kassaccia Horda, а восточный Казахстан и Джунгарию занимают Kalmuks, и они же еще есть на реке Эмба.

На карте России 1783 года уже есть все три жуза, и в то же время еще имеются на Волге Derbet Torgot Khalmuki (это будущие наши российские калмыки).

На карте «Россия Азиатская» Луиса Бриона де ла Тур 1785 года уже указаны каракалпаки, казаки, башкиры. Южнее Балхаша еще есть огромная территория с названием Kalmouks Eluts (калмыки-олёты).

Также хотелось бы заметить, что на территории Монголии обычно указывались халха (Kalkas) и иногда моголы (Mogols), и только со 2-й половины XVIII века появились вместо них монголы (Mongols), видимо, под воздействием только сформированной тогда исторической версией.

Таким образом, с 70-х годов XVIII века калмыки постепенно исчезают с территории Казахстана. А куда же они делись? Ушли назад в Джунгарию? Если это и так, то ушла крайне незначительная их часть, ведь надо понимать, что для третьего поколения казахские степи уже были для калмыков родиной. Большинство калмыков Казахстана было разобрано родами и поодиночке в новые степные объединения, главенствующую роль в которых стали играть некалмыкские роды. Одним словом, обычное дело в Степи. Примером именно такого варианта служит печально известный «Пыльный поход» 1771 года, финалом которого был полный разгром калмыков казахами Младшего жуза, а все женщины и дети (думается, что и большинство мужчин) были захвачены и впоследствии влились в казахские племена. Вот когда Младший жуз здорово «омонголился»: сколько детишек монгольского вида появилось в казахских семьях от новых монгольских жен! 


3.4. Изменение доли монголоидности у населения Казахстана с течением времени

Подсчитаем долю монголоидности этноса, который мы взяли в качестве прообраза европеоидных автохтонов Казахстана. Монголоидность будем определять по процентному соотношению гаплогрупп, относимых к монголоидным. К ним относятся мужские YDNA-гаплогруппы С, O3, K, N1a, N1b, N1c, N*, Q, F, а также женские mtDNA-гаплогруппы A, B, C, D, M*, F, G. Таким образом, суммарная монголоидность, подсчитанная по YDNA- гаплогруппам, составила 11,8% (ненулевое значение имеют только N1c и F), а подсчитанная по mtDNA-гаплогруппам, составила 1.9%. Суммарная монголоидность у древних автохтонов-мужчин Казахстана, таким образом, составляла

 0,5 *11,8% + 0,5* 1,9% = 6,9%,



 что несколько меньше, чем дает краниологический анализ у археологов. Здесь сразу следует пояснить, что «проценты монголоидности», рассчитываемые археологами — это, скорее, не «истинная» генетическая монголоидность, а качественно определенная степень выраженности фенотипических признаков.

Сравнивать результаты моделирования будем с аналогичными данными, вычисленными по гаплогруппным распределениям современных казахов. Суммарная монголоидность, подсчитанная по YDNA-гаплогруппам, составила 77.7%, а подсчитанная по mtDNA-гаплогруппам, составила 59.9%. Разница степени монголоидности по YDNA и mtDNA объясняется тем, что
в метисации автохтонного населения монголоидным субстратом мужчины играли несколько большую роль. Это подтвердилось и тем, что наилучшее согласование параметров модели показало, что частота межэтнических браков, в которые вступали мужчины, чуть выше, чем у женщин.

Чтобы посчитать суммарную монголоидность казахов по гаплогруппам, следует учесть вес каждой составляющей, которые были привнесены межэтническими браками. Поскольку начальное и конечное значения степени монголоидности жителей Казахстана различаются более чем на порядок, то будем полагать, что основная доля монголоидности привнесена межэтническими браками. В этом случае суммарную принесенную монголоидность можно вычислить как взвешенную сумму монголоидности по мужским и женским гаплогруппам (считая соотношение браков мужчин-автохтонов с чужими монголоидными женщинами и браков местных женщин с пришлыми монгольскими мужчинами как 1:2):

0, 667*77,7% + 0,333*49,9% = 68,44%

Таким образом, начальная степень монголоидности составляла 6.9%, а конечная — уже равна 68.44%. В первом приближении, считая нарастание степени монголоидности линейным (пренебрегая различием ее изменения в «мирные» и «военные» годы), за одно поколение прирост степени монголоидности составлял

(68,44% — 6,9%)/76 = 0,81%

Исходя из официальной исторической версии, можно сделать предварительные расчеты степени монголоидности, которая имела место в различные исторические периоды:

• Середина X в. (хазары, печенеги) - монголоидность 34%. Реально меньше, поскольку монголоидность «наступала» с востока, и до западных окраин Степи доходила в таком объеме не ранее, чем за 2-3 поколения, если вообще доходила. Таким образом, монголоидность печенегов и хазар не превышала 30%.

• Начало XI в. 37% (сельджуки, половцы), а с учетом западного степного ареала половцев, монголоидность их была не выше 33-35%.

• Конец XIII века монголизация в Казахстане достигла величины 45%.

Обратим внимание значение прироста доли монголоидности за поколение, равное всего 0.81%, что составляет примерно 1.1% межэтнических браков пришлых мужчин с местными женщинами и 0,5% браков, инициированных местными женщинами (исходя из соотношения примерно 2:1).


Налицо несоответствие большой продолжительности метисации и требуемой для этого крайне малой частоты межэтнических браков, обеспечивавших данную метисацию. Но если предположить, что в период казахско-калмыкских войн (150 лет, т.е., 6 поколений) метисация за одно поколение составляла

(68,44% — 6,9%)/6 = 10,2% ,           (3.3)

то этого времени хватает, чтобы с 6.9% монголоидности достичь значений 65%, а оставшаяся степень монголоидности «добирается» за следующие три поколения, после которых граница между Китаем и Россией в Туркестане стала плохо преодолимой для межэтнических контактов. Чтобы обеспечить 10,2% прироста монголоидности по женским или мужским гаплогруппам межэтнических браков должно быть более, чем 10,2%, поскольку мужчины- чужаки передают свой гаплогип только сыновьям, как и женщины передают свой гаплотип только дочерям.

Чтобы проверить это соображение, было проведено статистическое моделирование шести поколений метисации, соответствующих длительности калмыкско-казахских войн, для различной частоты межэтнических браков. Результаты представлены в следующей таблице:





Как следует из таблицы 3.1, недостающее значение в 51%, считая от 13.7% до 65%, набирается за 6 поколений при частоте межэтнических браков, близкой к 15% (несколько ниже удвоенного прикидочного значения в 10.2% из-за определенной нелинейности процесса накопления монголоидности, а также из-за учета в общей доле монголоидности этноса только по мужчинам, а у них учитываем и женские и мужские азиатские гаплогруппы). Заметим, что величина в 15% не аномальна, и вполне соответствует наблюдаемым частотам межэтнических браков народов- соседей и в наше время (см. параграф 2.2).

Таким образом, чтобы уложиться по времени в традиционную хронологию следует или допустить крайне редкие межэтнические браки (но и это не полностью «спасает» традиционную историческую версию), или предположить практически полное отсутствие монголизации автохтонов Казахстана вплоть до прихода калмыков.

Теперь можно также утверждать, что доля монголоидности у печенегов, хазар, половцев и других народов, приведенная чуть выше и рассчитанная по официальной исторической версии, значительно меньше, чем даже дают расчеты и статистическое моделирование.

Сравним качество приближения модели для 76-ти поколений со средней частотой межэтнических браков в 2% (рис.3.8, 3.10), с результатом моделирования для 6-ти поколений калмыкско-казахских войн (рис.3.18, 3.19) с частотами межэтнических браков 18% для мужчин и 15% для женщин (среднее — 16%):










Результат моделирования мужских (рис.3.18) и женских (рис.3.19) гаплогрупп для 6-ти поколений с частотой межэтнических браков в 16% практически совпал с результатами моделирования интервала в 76 поколений, но с аномально низким значением частоты межэтнических браков, равной 2% (рис.3.8, 3.10).

Дополнительным подтверждением отсутствия межэтнических контактов населения Казахстана и монголоидных племен в древние времена служит удивительно малый процент мужских субкладов C3 (2.3%) и O3 (0.9%) у башкир, который явно накоплен только за период достаточно долгого межэтнического взаимодействия калмыков и башкир в XVII-XVIII веках и обнаружен как раз в южных степных районах, прилегающих к Башкирии (преимущественно Оренбургская область). Вместе с тем, наличие субклада

O3, причем в немалой пропорции по сравнению с С3, можно объяснить поздними межэтническими контактами с казахами, у которых к концу XVIII в. субклад О3 уже был почти в современной пропорции.



ГЛАВА 4. Обсуждение результатов

Как уже говорилось, «мирные» периоды на самом деле не являются мирными, а в эти периоды идет процесс перемешивания геномов внутри данного этноса с относительно малым генетическим взаимодействием с иными этносами. Как было показано в [1], за 10-12 поколений должна наступить очень высокая степень перемешанности геномов, т.е., должно быть достигнуто высокое единообразие основных параметров фенотипа особей, входящих в данную популяцию. Одним словом, на «военном» этапе осуществляется интенсивное «впрыскивание» чужеродных геномов, а на «мирном» этапе в основном имеет место процесс внутреннего перемешивания-выравнивания. Напомним также, что не хуже внутренних войн, обычай брать жену из далеких в родственном отношении родов значительно убыстрял процесс перемешивания геномов.

В соответствии с таблицей 1.2, отражающей общепринятую в исторической науке периодику событий в Казахстане, имеется четыре «мирных» периода с длительностью в 9, 14, 12 и 9 поколений каждый. Таким образом, перед началом новой «военной» фазы этнос должен достигать значительной степени однородности фенотипа. Тем не менее, археологические находки (краниологические серии, относящиеся к разным историческим периодам и полученные из разных регионов Казахстана) показывают значительный разброс в фенотипе отдельных особей.

Об облике казахов XVIII - XIX веков мы можем судить не только по раскопкам, но и по портретам и рисункам. Учитывая высокий уровень портретной живописи того времени, эти рисунки могут служить хорошим материалом для анализа фенотипа. «Когда первых послов казахские ханы посылали в Петербург, русские придворные художники рисовали их портреты. В чертах послов было мало монголоидных черт. Они были больше похожи на представителей афганского типа», - констатировал профессор Досаев [13]. Кстати, казахский род «катаганы» пришел из Афганистана и принес с собой гаплогруппу J2.

На рис.4.1 изображена богатая казашка из Букеевской орды с явно выраженными европейскими чертами (а это уже конец XIX века). Высокое качество портрета не дает сомневаться в определении фенотипа:





На рис.4.2 изображены крупным планом лицо казашки и казахского воина    XIX века (калмыкская экспансия уже в прошлом, и их гены благополучно «разошлись» по всей казахской популяции) с типично европейским лицом с выдающимся острым носом:



 

Рис.4.2. Лицо крупным планом знатной казашки и казахского воина XIX века ( http://img183.imageshack.us/img183/2972/hist16gd.jpg)



Выводы

1. Высокая адекватность модели и реальных гистограмм гаплогруппного распределения современных монголов и казахов получена одновременно и синхронно для мужских и женских гаплогрупп и в едином процессе моделирования, что позволяет сделать следующие выводы:

2. Наиболее интенсивное межэтническое взаимодействие между населением Северного Китая и племен Монгольской степи началось не ранее XVII века и связано с маньчжуро-китайской экспансией на северные территории. Именно в это время, и никак не ранее, были осуществлены попытки создания Монгольского государства как реакция на военную экспансию.

3. Монголизация населения Казахстана выходцами с востока (протомонголами) началась не ранее XIII века и связана с инкорпорацией покоренных Чингиз-ханом монгольских племен в свое государство. Но главную роль в монголизации казахских племен сыграли калмыки с начала XVII-го и по конец XVIII-го века.

4. Предположения о гаплогруппном составе исходных древних этносов, которые участвовали в историческом процессе формирования исследуемых народов (казахов и монголов), а также сравнительно небольшая статистика по гаплогруппам не аннулируют выводов 2 и 3 по причине отличия на порядок требуемых с точки зрения официальной истории частот межэтнических браков от реально существующих у разных народов, проживающих рядом с казахами и близких к ним как в культурном, так и в этническом отношении.

5. Использованная в данной работе методология реконструкции этногенеза на основе имитационного моделирования развития популяции с точки зрения передачи гаплогрупп между особями может быть использована в дальнейшем для изучения истории и других народов.

6. Модель не дает точного знания гаплогруппного состава древнего населения, а лишь показывает величину вероятности наших предположений, и это принципиально. В данном конкретном случае рассматривался вопрос монголизации изначально европеоидного населения, при этом используется гаплогруппный состав русских, хотя всем понятно, что это далеко не так. Например, не учтено наличие R1b1, которых в Казахстане явно было значительное количество, и т.п. В рамках данной работы намеренно ограничено рассмотрение только изменением степени монголизации, и анализ проводился только по двум-трем «базовым» для этой задачи гаплогруппам (суммарно - только для вычисления общего омонголивания), и это принципиально. Вместе с тем, моделирование показало очень высокую степень вероятности «угаданныхо» направлений этногенеза монголов и казахов, а также временнЫе рамки этих процессов, отличающиеся от общепринятых в настоящее время в исторической науке.

Некоторые дополнительные соображения

Как следует из результатов моделирования, все население Степи от Дуная до Монголии состояло сплошь из европеоидных племен с некоторой долей финно-угорского субстрата, чем только и определялись монголоидные черты в фенотипе. Общая доля монголоидности (северного, а не восточного типа) достигала лишь 6,8%. На основе этого результата можно сформулировать следующие предположения:

• Гунны — смесь протославянских и финно-угорских племен с возможным политическим преобладанием последних, а прародина гуннов соответствует прародине более поздних венгерских племен. Отождествление монгольских хунну с европейскими гуннами неверно.

• Печенеги и хазары имели европеоидный облик. Два различных фенотипа, отмечаемые некоторыми арабскими авторами у хазар (смуглый и светлый), возможно, принадлежат европеоидам, родственным праславянам, и уграм. Объясняется и странность именования ранних политических образований восточных славян и тюрок Казахстана каганатами, поскольку это было распространенное наименование во всем ареале европеоидных племен от Дуная до Монголии.

• Половцы и вообще кыпчаки и канглы были сплошь европеоиды.

• Сероглазость и некоторая рыжеволосость рода Борджигинов и, в частности, Чингиз-хана, может объясняться именно принадлежностью к европеоидам.

• Решается вопрос об этнической принадлежности болгар в пользу их полной европеоидности с примесью финно-угорского субстрата, а отсюда и определенное родство тем же венграм, что отмечали некоторые древние хронисты.

• Армия Чингиз-хана практически полностью состояла не из монгольских, а европеоидных племен Казахстана. Отсюда, например, и легкость объединения их с войсками покоренной Древней Руси в западных походах Батыя. Так же находит объяснение и постоянное перепутывание татар и русских у европейских авторов. Конечно, наблюдались также различия в культуре и верованиях славян и казахстанских племен.

• Население Золотой Орды этнически мало отличалось от населения русских княжеств, причем, градиент изменения фенотипа, скорее всего, имел направление как с юга на север — от европеоидного до финно-угорского, а также с запада на восток — от славянского до европеоидного с примесью монголоидности северного типа (от тех же финно-угров и селькупов). Также и величина градиента менялась плавно, без скачков на границах отдельных политических образований. В пользу этого говорит и отсутствие резких границ гаплотипного распределения на указанной территории. «Расходиться» народы Золотой Орды начали по конфессиональному

и, соответственно, культурному признакам, а не по этнической принадлежности.

• Становится понятной высокая комплиментарность, например, славян Древней Руси и половцев, проявляющаяся в частых межэтнических браках представителей половецкой и славянской знати, а также и легкость инкорпорирования половцев в венгерскую среду.

• Двуязычие (славянский и тюркский языки) было, по-видимому, очень распространено еще и до создания Золотой Орды, поскольку не существовало этнических и каких-то культурных барьеров у всего конгломерата племен, населявших Европейскую часть современной России и Казахстана. Отсюда и массовое использование арабского шрифта при написании русских слов, да и просто тюркских текстов на русском оружии и знаках власти. Становится вполне логичным и двуязычие монет как русских, так и татарских, и многое другое. Знакомство с историей Руси по летописям, написанным в православных монастырях на славянском языке, возможно, создает ложное впечатление о преобладании славянских наречий и в южных территориях Руси.

Автор склоняется к мысли, что монголизация началась, все-таки, со времени Чингиз-хана, а не с приходом калмыков. Тому доказательством является наличие у многих потомков кереитов гаплогруппы C3. Роль кереитов была крайне высока. По-видимому, протомонголы-кереиты, как, впрочем, и найманы с меркитами, составляли угрозу тылам армии Чингиз- хана для его предстоящих походов на юг в Среднюю Азию и на Запад. Чингиз-хан, разгромив своих основных конкурентов монголов-кереитов, включил их в свою армию, после чего они казались рассыпанными по всему степному ареалу от Дуная до Монголии. Можно представить себе многочисленность и силу кереитов, если и сейчас они составляют значительную прослойку у кахзахов.

Оценка степени монголизации кереитов — дело недалекого будущего, когда будут в достаточном количестве получены гаплотипы не только казахских кереитов, но и кереитских родов других племенных объединений.

Наличие гаплогруппы O3 у найманов несколько странно, но если учесть, что найманы входили и в калмыкское племенное объединение, то можно сделать вывод, что появились найманы в Казахстане довольно поздно, не ранее калмыков, а, скорее всего, вместе с ними, прочно заняв часть Северного Казахстана. Более точный ответ будет получен после массового генетического исследования найманов.

Литература

1. Каржавин С.П. Имитационное моделирование особенностей изменения гаплотипного состава и генома популяции в процессе эволюции. Вестник Российской Академии ДНК-генеалогии. 2009, февраль, т.2, №2

2. Гумилев Л.Н. Древние тюрки. М., Товарищество «Клышников, Комаров и Ко», 1993 г.

3. История Китая. «Википедия». http://www.wiki.org.

4. Keyser-Tracqui С., Crubezy E., Ludes B. Nuclear and Mitochondrial DNA Analysis of a 2,000-Year-Old Necropolis in the Egyin Gol Valley of Mongolia. Journal of American Society of Human Genetics. 73:247-260, 2003

5. Наумова О.Ю., Рычков С.Ю., Морозова И.Ю., Хаят С.Ш.., Семиков  А.В., Жукова О.В. Разнообразие митохондриальной ДНК у тоболо-иртышских сибирских татар // Генетика. 2008. Т. 44. C. 257-268.

6. Балинова Н.В. Антропогенетические аспекты формирования структуры популяций Калмыкии. Автореферат на соиск. уч.степ. канд. биол. наук. М., 2008

7. Митиров А.Г. Ойраты - калмыки: века и поколения. http://www.nutug.ru/biblioteka/mitirov/ aukachan1.htm

8. Керимова М.М., Наумова О.Б. Алексей Николаевич Харузин - этнограф и антрополог.

9. Савельев А.Н. Русификация России. 2007. http://savelev.ru/book

10. Арутюнян Ю.В. и др. Этносоциология. уч. пос. для ВУЗов. М., 1998. 271 с. Социологическая библиотека www.socioline.ru

11. Ем Н. Межэтническое сближение корейцев Казахстана в начальный период этнокультурной истории 1930-1960гг. http://world.lib.ru/k/kim_o_i/jlfdjljd.shtml

12. Маннапов М.М. К вопросу о взаимоотношениях башкир и калмыков в ХУП веке в Степном Заволжье по вопросу кочевий.

http:// www.igianrb.ru/publications/Bulluten_3.htm

13. Портрет казахской национальности, или Почему исчезает монголоидность ? 09.09.2007/10:46 http://www.press-uz.info/

14. Скобелев С.Г. Демография коренных народов Сибири в XVII - XX вв. Колебания численности и их причины.1998

15. http://portvein777.narod.ru/

http://staff1.chat.ru/pagebuilder/ooo.html