Оригинал взят у 
kruchina в Рязань.
kruchina в Рязань.
Нашёл на археологии.ру книгу о раскопках на месте сожжённой татаро-монголами Рязани. Полезно прочитать для лучшего восприятия кинолент розлива «Чингисхан» и понимания взглядов евразийцев на природу русско-ордынских отношений.
«На раскопе открыта братская могила жертв монгольского нашествия, занимающая всю его территорию (76 сохранившихся погребений). Вся площадь, занятая коллективным захоронением, намного больше и распространяется к вост. и югу, где раскопки не проводились. Погибшие похоронены, как правило, без гробов, в общем котловане гл. до 1 м. Они положены рядами, вплотную друг к другу, в три яруса (рис. 160). Захоронения верхнего яруса, совершенные очень неглубоко, пострадали при распашке. В этом горизонте много отдельных черепов и человеческих костей.
В заполнении котлована встречена керамика, преимущественно рубежа XII-XIII вв. и п. трети XIII в. Аналогичная посуда, наряду с керамикой к. XI-XII вв., происходит из хозяйственной ямы диам. 3, 5 м и гл. 1, 4 м, с деревянной облицовкой стенок у южной стенки раскопа. Яма предшествовала перекрывавшим ее погребениям, что важно для их датировки. Попутно отметим, что керамика на Подоле отличается от посуды, найденной в пределах Столичного города: она печного обжига, с крупными примесями дресвы — "деревенского" типа. Вероятно, на Подоле продолжало существовать домашнее производство посуды, не рассчитанной на продажу. Из того же слоя засыпки братской могилы происходят стеклянные браслеты (7), шиферное пряслице. Включения угля в засыпке, а также подстилающий захоронения слой угля и обожженной глины, прослеженный в сев. -зап. части раскопа, позволяют предположить, что перед рытьем братской могилы смерзшуюся землю разогревали кострами.
Ввиду неудовлетворительной сохранности костей, из 76 погребений удалось установить пол и возраст у 34 + 6 детских — итого 40. Среди них преобладают молодые мужчины — главные защитники Рязани (11) и женщины от 35 лет и старше, по тем временам считавшиеся пожилыми, которых монголы не брали в плен (10). Мало девушек (1) и молодых женщин (3), а также юношей (5), которые становились невольниками завоевателей. Незначительное число пожилых мужчин (4) объясняется тем, что в те времена немногие доживали до 40 лет. Хрупкость костей не способствует сохранности скелетов очень маленьких детей (6). Следовательно, изученные Т. И. Алексеевой краниологические серии из старорязанских братских могил отражают не столько поло-возрастной состав городского населения, сколько пунктуально разработанную репрессивную систему монголов. Мужчин, взятых в плен, за исключением квалифицированных ремесленников, зверски убивали, женщин, отроков и детей обращали в рабство.
Пленникам рубили головы (обилие отдельных черепов на р. 21, их скопления у Спасского собора, в саркофагах и гробах Борисоглебского), отрубали кисти рук: в женском п. 6, например, правая рука резко согнута к плечу, а кости ее кисти лежат на поясе. Открыто захоронение мужчины с маленьким ребенком на груди (п. 19): голова ребенка лежала на правой руке мужчины, а левой он прижимал его к себе (рис. 161). В некоторых случаях возможны захоронения расчлененных на части тел (п. 38); в п. 48 отсутствует череп, в п. 55 рубящим оружием снесена его верхняя часть, а в п. 16 рассечена верхняя челюсть, а нижняя отсутствует. В п. 18 рубящим оружием повреждена тазовая кость справа и бедро у тазобедренного сустава. Обнаружено погребение беременной женщины: в области тазовых костей мелкие обломки черепа младенца, кусочки ребер и другие косточки (п. 62). Драматическая картина тотального разгрома Рязани, открытая раскопками, полностью соответствует рассказам восточных и древнерусских источников о завоеваниях Чингисхана и его преемников, проводивших планомерную политику выжженной земли и массового террора.
Погребения в братской могиле совершены по христианскому обряду. Ориентировка западная, иногда с отклонениями не более 10-15° к юго-зап.; покойники лежат в вытянутом положении, на спине. Разнообразное положение рук, особенно когда одна, обычно правая (в 16 случаях), или обе (один раз) резко согнуты к плечам, объясняется не отходом от христианских канонов (старались скрещивать руки на груди или животе), а тем, что трупы долгое время пролежали "на земле пусте, на траве ковыле, снегом и льдом померзнувшие". Их хоронили в закоченевшем виде.
Вероятно, братскую могилу вырыли на месте уже существовавшего кладбища к. XII — п. трети XIII в. Эта часть Подола с XII в. была заселена: культурный слой с бытовыми вещами использовали для засыпки могил. К кладбищу п. трети XIII в. можно отнести захоронения в гробах: по древесному тлену и гвоздям, которыми прибивали крышку, выделено 5 таких погребений (в п. 3 — 1 гвоздь в ногах; в п. 22 — 1 у головы; в п. 50 и 53 — по 2 у головы). Видимо, часть погребений разрушили при рытье котлована в 1237 г.
Убитых хоронили в нательных рубахах: у мужчин и женщин они отличались только длиной. Сохранились лишь фрагменты шелковой тесьмы от обшивки низких стоячих воротников. Судя по месту пуговок у левой ключицы, разрез для надевания рубахи делали на левом плече, как в русских рубахах-косоворотках. Стоячий, низкий воротник рубашки у русских носит название ожерёлок, остёбка.
Даркевич В.П., Борисевич Г.В., Древняя столица Рязанской земли: XI—XIII вв., М., 1995
«На раскопе открыта братская могила жертв монгольского нашествия, занимающая всю его территорию (76 сохранившихся погребений). Вся площадь, занятая коллективным захоронением, намного больше и распространяется к вост. и югу, где раскопки не проводились. Погибшие похоронены, как правило, без гробов, в общем котловане гл. до 1 м. Они положены рядами, вплотную друг к другу, в три яруса (рис. 160). Захоронения верхнего яруса, совершенные очень неглубоко, пострадали при распашке. В этом горизонте много отдельных черепов и человеческих костей.
В заполнении котлована встречена керамика, преимущественно рубежа XII-XIII вв. и п. трети XIII в. Аналогичная посуда, наряду с керамикой к. XI-XII вв., происходит из хозяйственной ямы диам. 3, 5 м и гл. 1, 4 м, с деревянной облицовкой стенок у южной стенки раскопа. Яма предшествовала перекрывавшим ее погребениям, что важно для их датировки. Попутно отметим, что керамика на Подоле отличается от посуды, найденной в пределах Столичного города: она печного обжига, с крупными примесями дресвы — "деревенского" типа. Вероятно, на Подоле продолжало существовать домашнее производство посуды, не рассчитанной на продажу. Из того же слоя засыпки братской могилы происходят стеклянные браслеты (7), шиферное пряслице. Включения угля в засыпке, а также подстилающий захоронения слой угля и обожженной глины, прослеженный в сев. -зап. части раскопа, позволяют предположить, что перед рытьем братской могилы смерзшуюся землю разогревали кострами.
Ввиду неудовлетворительной сохранности костей, из 76 погребений удалось установить пол и возраст у 34 + 6 детских — итого 40. Среди них преобладают молодые мужчины — главные защитники Рязани (11) и женщины от 35 лет и старше, по тем временам считавшиеся пожилыми, которых монголы не брали в плен (10). Мало девушек (1) и молодых женщин (3), а также юношей (5), которые становились невольниками завоевателей. Незначительное число пожилых мужчин (4) объясняется тем, что в те времена немногие доживали до 40 лет. Хрупкость костей не способствует сохранности скелетов очень маленьких детей (6). Следовательно, изученные Т. И. Алексеевой краниологические серии из старорязанских братских могил отражают не столько поло-возрастной состав городского населения, сколько пунктуально разработанную репрессивную систему монголов. Мужчин, взятых в плен, за исключением квалифицированных ремесленников, зверски убивали, женщин, отроков и детей обращали в рабство.
Пленникам рубили головы (обилие отдельных черепов на р. 21, их скопления у Спасского собора, в саркофагах и гробах Борисоглебского), отрубали кисти рук: в женском п. 6, например, правая рука резко согнута к плечу, а кости ее кисти лежат на поясе. Открыто захоронение мужчины с маленьким ребенком на груди (п. 19): голова ребенка лежала на правой руке мужчины, а левой он прижимал его к себе (рис. 161). В некоторых случаях возможны захоронения расчлененных на части тел (п. 38); в п. 48 отсутствует череп, в п. 55 рубящим оружием снесена его верхняя часть, а в п. 16 рассечена верхняя челюсть, а нижняя отсутствует. В п. 18 рубящим оружием повреждена тазовая кость справа и бедро у тазобедренного сустава. Обнаружено погребение беременной женщины: в области тазовых костей мелкие обломки черепа младенца, кусочки ребер и другие косточки (п. 62). Драматическая картина тотального разгрома Рязани, открытая раскопками, полностью соответствует рассказам восточных и древнерусских источников о завоеваниях Чингисхана и его преемников, проводивших планомерную политику выжженной земли и массового террора.
Погребения в братской могиле совершены по христианскому обряду. Ориентировка западная, иногда с отклонениями не более 10-15° к юго-зап.; покойники лежат в вытянутом положении, на спине. Разнообразное положение рук, особенно когда одна, обычно правая (в 16 случаях), или обе (один раз) резко согнуты к плечам, объясняется не отходом от христианских канонов (старались скрещивать руки на груди или животе), а тем, что трупы долгое время пролежали "на земле пусте, на траве ковыле, снегом и льдом померзнувшие". Их хоронили в закоченевшем виде.
Вероятно, братскую могилу вырыли на месте уже существовавшего кладбища к. XII — п. трети XIII в. Эта часть Подола с XII в. была заселена: культурный слой с бытовыми вещами использовали для засыпки могил. К кладбищу п. трети XIII в. можно отнести захоронения в гробах: по древесному тлену и гвоздям, которыми прибивали крышку, выделено 5 таких погребений (в п. 3 — 1 гвоздь в ногах; в п. 22 — 1 у головы; в п. 50 и 53 — по 2 у головы). Видимо, часть погребений разрушили при рытье котлована в 1237 г.
Убитых хоронили в нательных рубахах: у мужчин и женщин они отличались только длиной. Сохранились лишь фрагменты шелковой тесьмы от обшивки низких стоячих воротников. Судя по месту пуговок у левой ключицы, разрез для надевания рубахи делали на левом плече, как в русских рубахах-косоворотках. Стоячий, низкий воротник рубашки у русских носит название ожерёлок, остёбка.
Даркевич В.П., Борисевич Г.В., Древняя столица Рязанской земли: XI—XIII вв., М., 1995
