«Как уже было показано выше, первый раскол человечества на «африканцев» и «неафриканцев» произошел 90-70 тысяч лет назад.
Что касается второго глобального раскола, то он имел место 40-50 тыс. л.н.
Но тут сначала нужно отметить некоторые предпосылки этого раскола. Африка выступает в роли первичного центра миграций. Вторичным же центром той эпохи является Южная Аравия (зона Персидского залива, которая тогда представляла собой крайне привлекательные великие озера). 75-70 тыс. л.н. Аравия генерировала все новые и новые группы мигрантов, отправлявшихся вдоль береговой линии Индийского океана, на восток, вплоть до Австралии. Но уже 70-72 тыс. л.н. этот поток прекращается из-за извержения вулкана Тоба в Западной Индонезии. Тогда произошел еще один геногеографический раскол «неафриканцев» - на «австралийцев» и «неавстралийцев». Численность людей на Земле сократилась в десятки раз. Что неудивительно, учитывая, что побережье Индийского океана оказалось просто засыпанным слоем пепла в 2-3 метра, многие лесные массивы выгорели, а выбросы в атмосферу привели к полномасштабному эффекту «ядерной зимы».
Естественно, 45-50 тысяч лет назад численность человечества восстановилась. Но, вероятнее всего, первобытные люди начали воспринимать территории в юго-восточном направлении (Индию, Индонезию и т.д.) как некие «мертвые земли». Что, опять же, неудивительно, учитывая извержение Тобы, последствия которого давали о себе знать десятки или даже сотни лет подряд. К тому же тогда территории совр. Южного Ирана и Пакистана начали превращаться в пустыни. Что еще более снизило привлекательность «южного пути».
И, как раз, примерно в период 40-45 тыс. л.н. начинаются новые массовые миграции из перенаселенных земель зоны Персидского залива. Пути миграции два: один – на северо-восток, вплоть до побережья Тихого Океана; второй – на северо-запад, в Левант и далее в Европу.
Тогда и произошел второй глобальный раскол человечества. Люди, ушедшие в Левант и глубинные районы Евразии, практически сразу начали «терять» экваториальные черты. Начался процесс адаптации к условиям суб-ледникового климата, так называемая «бореализация» (в широком смысле слова). И уже 35-40 тысяч лет назад начинают формироваться европеоидные и пре-монголоидные комплексы признаков.
Но экваториально-тропический облик сохранили и люди, оставшиеся в Африке, и те, кто ушел «южным путем» через Аравию - в Индию, Индонезию и Австралию.
Еще в 1930-1950-х с учетом данных палеоантропологии сложилась советская 3-расовая модель мира: большая европеоидная раса, большая монголоидная и большая экваториальная. Наиболее ярким представителем этой концепции был Г. Дебец. Сторонники этой модели утвеждали о существовании в эпоху верхнего палеолита единого экваториального ареала – от Африки до Австралии. В эпоху неолита в Юго-Западной Азии этот ареал был разорван южными европеоидами, а в Юго-Восточной – южными монголоидами.
Но уже в 1960-х идея 3-расовой модели человечества подверглась разгромной критике. На смену ей приходит модель бицентризма – два надрасовых ствола. Западный (Атлантический) включал европеоидов и негроидов, а Восточный (Тихоокеанский) – монголоидов и австралоидов. Основным представителем этой школы был В. Алексеев (а например М. Абдушелишвили пошел еще дальше и включил в состав западного ствола еще и австралоидов). Причем стволы выделялись по двум критериям: во-первых, современное родство в контексте данных дерматоглифики (узоры на подушечках пальцев и ладонях) и одонтологии (строение зубов), во-вторых, недифференцированность расовых признаков вплоть до мезолита.
К тому же, в качестве аргументации советские антропологи указывали на современные недифференцированные расы Северной/Северо-Восточной Африки (промежуточные между европеоидами и монголоидами) и Южной Азии (промежуточные между монголоидами и австралоидами).
Несмотря на то, что у нынешних сторонников бицентризма (например, известный российский палеоантрополог А. Зубов) есть своя доказательственная база, в целом эта идея в 1990-2000-е годы была серьезно раскритикована.
Наиболее обоснованную современную точку зрения можно выразить этой цитатой А.Г. Козинцева:
«Речь идет не о возврате к старой концепции Экваториальной расы, объединяющей население Африки и Южной Пацифики (такому объединению препятствует чрезвычайно древняя дифференциация человеческих групп в Южном полушарии Старого Света), а о том, что противостоящие «южанам» аборигенные группы Северной Евразии и Нового Света связаны между собою более тесным родством, чем казалось прежде»
Речь идет о сопоставлении: две большие «бореальные» (северные) расы, европеоиды и монголоиды, против экваториальных рас. С учетом того, что полюсы расовых отличий находятся именно на линии север-юг. Причем А. Козинцев доходит до крайности и выделяет Бореальный надрасовый ствол, который включает европеоидов, монголоидов, айнов, американских индейцев, полинезийцев и меланезийцев. И эта точка зрения тоже имеет свою доказательственную базу.
Умеренная же точка зрения такова. На данный момент мы имеем Западноевразийский ствол - большую расу, которая включает только европеоидов. И Восточный ствол – большую расу, которая включает монголоидов, айнов, американские индейцев, меланезийцев и полинезийцев.
Так или иначе, экваториальные расы – совокупность изолированных друг от друга ветвей человечества. Их объединяет географический фактор. Их ареал – экваториально-тропическая часть Старого Света. И фенотипический фактор – все эти расы характеризуются темной кожей и курчавыми волосами. Впрочем, во всех этих расовых зонах присутствует и более светлокожий (коричневокожий) вариант с волнистыми волосами.
Описание экваториальных рас лучше начать с Африки.
После глобального исхода 90-75 тыс. лет назад и извержения Тобы (72-70 тыс. л.н.). Эта часть света долгое время оставалась почти незаселенной.
Палеоантропологические материалы той эпохи настолько скудны, что в европейской науке вплоть до середины XX века распространенными были идеи о том, что предки африканских рас пришли сюда в неолите из Юго-Западной Азии. Хотя, естественно, в контексте современных данных подобные теории выглядят абсурдно. Но, тем не менее, почти вся Западная, Центральная и Южная Африка оставалась безлюдной вплоть 2-го тысячелетия до нашей эры.
75-50 тыс. л.н. в Африке люди жили только в двух зонах. Во-первых, какой-то крошечный ареал прото-бушменов на крайнем юго-западе материка. Во-вторых, все та же изначальная зона саванн вдоль Восточно-африканского Разлома.
Географию распространения фенотипических и генетических признаков в Африке можно охарактеризовать цитатой А. Козинцев, которая уже упоминалась в прошлой части:
«Следует добавить, что в свете новых генетических данных африканцы не могут считаться единой общностью. Строго говоря, это не раса, а совокупность чрезвычайно рано обособившихся линий, некоторые из которых, в частности бушмены и пигмеи, противостоят не только другим африканским линиям, но и всем прочим человеческим группам, вместе взятым.»
Теперь стоит, по порядку, остановиться на каждой из этих линий-ветвей.
ЗАПАДНОАФРИКАНСКАЯ ВЕТВЬ
Во-первых, сразу стоит напомнить, что на территории большей части западной, центральной и юго-восточной Африки оставались почти незаселенными очень долгое время. Почти все следы пребывания человека датируются периодом не раннее 4-5 тыс. л.н..
ДНК-генеалогия указывает на то, что отделение предков западных африканцев произошло примерно 45-50 тысяч лет назад. Но, опять же, вероятнее всего – это были небольшие изолированные группы людей. Не исключены, что очень долгое время их состав исчислялся сотнями или даже десятками людей. Как и бушмены, они вероятно были бродячими охотниками, и кочевали по огромным пространствам западно-африканской саванны.
О раннем этапе (40-6 тыс. л.н.) формирования негроидного комплекса практически нет данных. В первую очередь, из-за малочисленности предковой популяции.
Наиболее древними из найденных находок в Западной Африке являются останки из Мали (Асселяр, Тин Лалу, Ибалаген). Российский антрополог Дробышевский характеризует их как «западноафриканских негроидов». Но вместе с тем, гораздо более многочисленные останки с чертами других рас. Например, люди той же эпохи из Эль Геттар (тоже, Мали) обладали типично экваториально-тропическим строением тела, но отличались отсутствием прогнатизма, высоким лицом и мезоринным (средне-широким) носом. Они были схожи с восточно-африканскими мезолитическими людьми из зоны озера Танганьика. А люди из Гоберо (Нигер) отличались североафриканскими («мехтоидными») чертами.
Негроидные останки той же эпохи были найдены в Таназинии (Мумба), Малаваи (Калемба) и Замбии (Тандве). Но тот же Дробышевский прямо указывает, что при определении негроидности людей из Калембы и Тандве для сравнения брались негры Южной Африки, у которых может быть сильная койсанская примесь.
Все это указывает на то, что бродячие охотники из зоны западно-африканских саванн инода заходили слишком далеко на север и восток. Но для того, чтобы проследить реальную расогенетическую историю негроидов, они малоактуальны.
Опять же, нужно вернуться к датировкам из генетической генеалогии. Ответвление западных африканцев – 40-45-50 тысяч лет назад. Останки той эпохи отсутствуют. Зато есть находки палеолитических и мезолитических рубил и кремневых отщепов из Буркина-Фасо, Ганы и Бенина. Буркина-Фасо (Верхняя Вольта), как раз, представляет собой зону умеренно засушливых саванн, привлекательных для ранних сапиенсов. Это касается и северных районов Ганы и Бенина. К тому же, типично негроидный комплекс признаков прослеживается именно там, у народов Атлантической группы Нигеро-Кордофанской семьи: темно-коричневая или черная кожа, низкое и широкое лицо,выраженный прогнатизм (выступание вперед нижней части лица), слабая профилировка скул, очень низкие квадратные глазницы, уплощённое переносье, очень широкий слабо выступающий нос.
Сами эти признаки, отмеченные выше, не являются встречаются у всех экваториальных рас, вплоть до Южной Азии и Австралии. Но именно у западноафриканских негроидов они образуют стойкий комплекс признаков без какого-либо полиморфизма (разнообразия черт). Эта крайняя однородность и однотипность людей Западной Африки, в сочетании с данным геногеографии, говорит о том, что все эти люди происходят из маленькой группы древних людей. Практически бесспорно, что там имел место «эффект основателя рода». То есть речь идет о том, что изначально в этой крошечной микро-популяции было всего несколько мужчин, или даже один. То есть от изначального ареала африканских сапиенсов откололся один «род» (даже просто семья). В условиях близкородственных браков (на протяжении десятков тысяч лет) здесь ни оказалось места для какого-либо разнообразия признаков, характерного для других экваториальных рас.
Как раз, вероятно, 6-7 тыс. л.н. количество ранних «негроидов» достигло численности нескольких сотен человек, и эти группы бродячих охотников отправляются в дальние странствия – отсюда появление людей с типично выраженным комплексом признаков в Северо-Западной, Центральной и Юго-Восточной Африке.
В период 4-5 тыс. л.н. в Западной Африке возникает свой собственный очаг неолитизации – распространяются такие сельско-хозяйственные культуры как ямс, сорго, просо и африканский рис. А через Сахару из Северной Африки сюда проникает скотоводство.
Во время неолита предковая популяция современной Западноафриканской ветви делает первые демографический рывок и распространяется на пространстве от устья Сенегала – до устья Нигера. И далее - вдоль побережья Гвинейского залива.
Но ключевыми являются события эпохи 3,5 – 3,1 тыс. л.н.. Тогда начинается движение на юго-восток народов банту. Они занимались подсечно-огневым земледелием в зоне субэкваториальных лесов и постепенно «прорубали» себе коридор на юго-восток.
Во 2-м тысячелетии до нашей эры в Западной Африке начинается Железный век. У народов Нигеро-кордофанской семьи развиваются технологии черной металлургии, а вместе с ними появляются и более совершенные инструменты - железные топоры и мотыги. Экспансия заметно ускорилась, и всего за 1000-1500 лет народы банту заселили обширные территории от Гвинейского залива до западных берегов Мадагаскара. Как правило, имело место именно заселение, колонизация безлюдных земель. Но в ряде случаев народы банту ассимилировали немногочисленное население других рас. В бассейне реки Конго банту смешивались с пигмеями (представителями Центральноафриканской расы). В Восточной Африке они смешались с народами Восточноафриканской расы. А на юге ассимилировали многочисленные мелкие группы бушменов, успевшие продвинуться на север. Эта экспансия закончилась только в 11-15 веках н.э., а в некоторых частях Африки продвижение банту продолжалось вплоть до европейской колонизации в 19 столетии и первых войн с европейцами.
Таким образом, антропологические черты изначально изолированной Западноафриканской ветви распространились по большей части территории Африки южнее Сахары. А в 18-19 веках миллионы негроидов были вывезены из Западной Африки в Новый Свет (особенно, в США и Бразилию).
Так или иначе, поток генов всегда шел из Западной Африки в другие части континента, а не наоборот. Таким образом, несмотря на то, что эта ветвь образует основу генофонда большей части африканских групп популяций, она остается изолированной в контексте геногеографии.
С. Дробышевский прямо говорит о том, что по некоторым генетическим системам западноафриканские группы отличаются от прочих негров столь же сильно, что и пигмеи, "койсаны" и популяции Африканского Рога.
С учетом того, что под «прочими неграми» стоит понимать большую часть населения Африки южнее Сахары (Камерун, ЦАР, Южный Судан, Кения, Уганда, Танзания, Замбия, Конго, Заир, Ангола и некоторые другие страны).
Эти группы популяций представляют собой сочетание четырех африканских расовых ветвей.
В. Бунак прямо говорил о том, целесообразно при исследовании большой территории придавать особое значение не расовым комплексам, а расовым зонам. И отмечал, что расовые зоны – понятие более широкое и означает зону пересечения векторов изменчивости различных признаков.
Такими «векторами изменчивости» и являются расовые ветви. Основной из которых, к югу от Сахары, является Западноафриканская ветвь. »
источник
Что касается второго глобального раскола, то он имел место 40-50 тыс. л.н.
Но тут сначала нужно отметить некоторые предпосылки этого раскола. Африка выступает в роли первичного центра миграций. Вторичным же центром той эпохи является Южная Аравия (зона Персидского залива, которая тогда представляла собой крайне привлекательные великие озера). 75-70 тыс. л.н. Аравия генерировала все новые и новые группы мигрантов, отправлявшихся вдоль береговой линии Индийского океана, на восток, вплоть до Австралии. Но уже 70-72 тыс. л.н. этот поток прекращается из-за извержения вулкана Тоба в Западной Индонезии. Тогда произошел еще один геногеографический раскол «неафриканцев» - на «австралийцев» и «неавстралийцев». Численность людей на Земле сократилась в десятки раз. Что неудивительно, учитывая, что побережье Индийского океана оказалось просто засыпанным слоем пепла в 2-3 метра, многие лесные массивы выгорели, а выбросы в атмосферу привели к полномасштабному эффекту «ядерной зимы».
Естественно, 45-50 тысяч лет назад численность человечества восстановилась. Но, вероятнее всего, первобытные люди начали воспринимать территории в юго-восточном направлении (Индию, Индонезию и т.д.) как некие «мертвые земли». Что, опять же, неудивительно, учитывая извержение Тобы, последствия которого давали о себе знать десятки или даже сотни лет подряд. К тому же тогда территории совр. Южного Ирана и Пакистана начали превращаться в пустыни. Что еще более снизило привлекательность «южного пути».
И, как раз, примерно в период 40-45 тыс. л.н. начинаются новые массовые миграции из перенаселенных земель зоны Персидского залива. Пути миграции два: один – на северо-восток, вплоть до побережья Тихого Океана; второй – на северо-запад, в Левант и далее в Европу.
Тогда и произошел второй глобальный раскол человечества. Люди, ушедшие в Левант и глубинные районы Евразии, практически сразу начали «терять» экваториальные черты. Начался процесс адаптации к условиям суб-ледникового климата, так называемая «бореализация» (в широком смысле слова). И уже 35-40 тысяч лет назад начинают формироваться европеоидные и пре-монголоидные комплексы признаков.
Но экваториально-тропический облик сохранили и люди, оставшиеся в Африке, и те, кто ушел «южным путем» через Аравию - в Индию, Индонезию и Австралию.
Еще в 1930-1950-х с учетом данных палеоантропологии сложилась советская 3-расовая модель мира: большая европеоидная раса, большая монголоидная и большая экваториальная. Наиболее ярким представителем этой концепции был Г. Дебец. Сторонники этой модели утвеждали о существовании в эпоху верхнего палеолита единого экваториального ареала – от Африки до Австралии. В эпоху неолита в Юго-Западной Азии этот ареал был разорван южными европеоидами, а в Юго-Восточной – южными монголоидами.
Но уже в 1960-х идея 3-расовой модели человечества подверглась разгромной критике. На смену ей приходит модель бицентризма – два надрасовых ствола. Западный (Атлантический) включал европеоидов и негроидов, а Восточный (Тихоокеанский) – монголоидов и австралоидов. Основным представителем этой школы был В. Алексеев (а например М. Абдушелишвили пошел еще дальше и включил в состав западного ствола еще и австралоидов). Причем стволы выделялись по двум критериям: во-первых, современное родство в контексте данных дерматоглифики (узоры на подушечках пальцев и ладонях) и одонтологии (строение зубов), во-вторых, недифференцированность расовых признаков вплоть до мезолита.
К тому же, в качестве аргументации советские антропологи указывали на современные недифференцированные расы Северной/Северо-Восточной Африки (промежуточные между европеоидами и монголоидами) и Южной Азии (промежуточные между монголоидами и австралоидами).
Несмотря на то, что у нынешних сторонников бицентризма (например, известный российский палеоантрополог А. Зубов) есть своя доказательственная база, в целом эта идея в 1990-2000-е годы была серьезно раскритикована.
Наиболее обоснованную современную точку зрения можно выразить этой цитатой А.Г. Козинцева:
«Речь идет не о возврате к старой концепции Экваториальной расы, объединяющей население Африки и Южной Пацифики (такому объединению препятствует чрезвычайно древняя дифференциация человеческих групп в Южном полушарии Старого Света), а о том, что противостоящие «южанам» аборигенные группы Северной Евразии и Нового Света связаны между собою более тесным родством, чем казалось прежде»
Речь идет о сопоставлении: две большие «бореальные» (северные) расы, европеоиды и монголоиды, против экваториальных рас. С учетом того, что полюсы расовых отличий находятся именно на линии север-юг. Причем А. Козинцев доходит до крайности и выделяет Бореальный надрасовый ствол, который включает европеоидов, монголоидов, айнов, американских индейцев, полинезийцев и меланезийцев. И эта точка зрения тоже имеет свою доказательственную базу.
Умеренная же точка зрения такова. На данный момент мы имеем Западноевразийский ствол - большую расу, которая включает только европеоидов. И Восточный ствол – большую расу, которая включает монголоидов, айнов, американские индейцев, меланезийцев и полинезийцев.
Так или иначе, экваториальные расы – совокупность изолированных друг от друга ветвей человечества. Их объединяет географический фактор. Их ареал – экваториально-тропическая часть Старого Света. И фенотипический фактор – все эти расы характеризуются темной кожей и курчавыми волосами. Впрочем, во всех этих расовых зонах присутствует и более светлокожий (коричневокожий) вариант с волнистыми волосами.
Описание экваториальных рас лучше начать с Африки.
После глобального исхода 90-75 тыс. лет назад и извержения Тобы (72-70 тыс. л.н.). Эта часть света долгое время оставалась почти незаселенной.
Палеоантропологические материалы той эпохи настолько скудны, что в европейской науке вплоть до середины XX века распространенными были идеи о том, что предки африканских рас пришли сюда в неолите из Юго-Западной Азии. Хотя, естественно, в контексте современных данных подобные теории выглядят абсурдно. Но, тем не менее, почти вся Западная, Центральная и Южная Африка оставалась безлюдной вплоть 2-го тысячелетия до нашей эры.
75-50 тыс. л.н. в Африке люди жили только в двух зонах. Во-первых, какой-то крошечный ареал прото-бушменов на крайнем юго-западе материка. Во-вторых, все та же изначальная зона саванн вдоль Восточно-африканского Разлома.
Географию распространения фенотипических и генетических признаков в Африке можно охарактеризовать цитатой А. Козинцев, которая уже упоминалась в прошлой части:
«Следует добавить, что в свете новых генетических данных африканцы не могут считаться единой общностью. Строго говоря, это не раса, а совокупность чрезвычайно рано обособившихся линий, некоторые из которых, в частности бушмены и пигмеи, противостоят не только другим африканским линиям, но и всем прочим человеческим группам, вместе взятым.»
Теперь стоит, по порядку, остановиться на каждой из этих линий-ветвей.
ЗАПАДНОАФРИКАНСКАЯ ВЕТВЬ
Во-первых, сразу стоит напомнить, что на территории большей части западной, центральной и юго-восточной Африки оставались почти незаселенными очень долгое время. Почти все следы пребывания человека датируются периодом не раннее 4-5 тыс. л.н..
ДНК-генеалогия указывает на то, что отделение предков западных африканцев произошло примерно 45-50 тысяч лет назад. Но, опять же, вероятнее всего – это были небольшие изолированные группы людей. Не исключены, что очень долгое время их состав исчислялся сотнями или даже десятками людей. Как и бушмены, они вероятно были бродячими охотниками, и кочевали по огромным пространствам западно-африканской саванны.
О раннем этапе (40-6 тыс. л.н.) формирования негроидного комплекса практически нет данных. В первую очередь, из-за малочисленности предковой популяции.
Наиболее древними из найденных находок в Западной Африке являются останки из Мали (Асселяр, Тин Лалу, Ибалаген). Российский антрополог Дробышевский характеризует их как «западноафриканских негроидов». Но вместе с тем, гораздо более многочисленные останки с чертами других рас. Например, люди той же эпохи из Эль Геттар (тоже, Мали) обладали типично экваториально-тропическим строением тела, но отличались отсутствием прогнатизма, высоким лицом и мезоринным (средне-широким) носом. Они были схожи с восточно-африканскими мезолитическими людьми из зоны озера Танганьика. А люди из Гоберо (Нигер) отличались североафриканскими («мехтоидными») чертами.
Негроидные останки той же эпохи были найдены в Таназинии (Мумба), Малаваи (Калемба) и Замбии (Тандве). Но тот же Дробышевский прямо указывает, что при определении негроидности людей из Калембы и Тандве для сравнения брались негры Южной Африки, у которых может быть сильная койсанская примесь.
Все это указывает на то, что бродячие охотники из зоны западно-африканских саванн инода заходили слишком далеко на север и восток. Но для того, чтобы проследить реальную расогенетическую историю негроидов, они малоактуальны.
Опять же, нужно вернуться к датировкам из генетической генеалогии. Ответвление западных африканцев – 40-45-50 тысяч лет назад. Останки той эпохи отсутствуют. Зато есть находки палеолитических и мезолитических рубил и кремневых отщепов из Буркина-Фасо, Ганы и Бенина. Буркина-Фасо (Верхняя Вольта), как раз, представляет собой зону умеренно засушливых саванн, привлекательных для ранних сапиенсов. Это касается и северных районов Ганы и Бенина. К тому же, типично негроидный комплекс признаков прослеживается именно там, у народов Атлантической группы Нигеро-Кордофанской семьи: темно-коричневая или черная кожа, низкое и широкое лицо,выраженный прогнатизм (выступание вперед нижней части лица), слабая профилировка скул, очень низкие квадратные глазницы, уплощённое переносье, очень широкий слабо выступающий нос.
Сами эти признаки, отмеченные выше, не являются встречаются у всех экваториальных рас, вплоть до Южной Азии и Австралии. Но именно у западноафриканских негроидов они образуют стойкий комплекс признаков без какого-либо полиморфизма (разнообразия черт). Эта крайняя однородность и однотипность людей Западной Африки, в сочетании с данным геногеографии, говорит о том, что все эти люди происходят из маленькой группы древних людей. Практически бесспорно, что там имел место «эффект основателя рода». То есть речь идет о том, что изначально в этой крошечной микро-популяции было всего несколько мужчин, или даже один. То есть от изначального ареала африканских сапиенсов откололся один «род» (даже просто семья). В условиях близкородственных браков (на протяжении десятков тысяч лет) здесь ни оказалось места для какого-либо разнообразия признаков, характерного для других экваториальных рас.
Как раз, вероятно, 6-7 тыс. л.н. количество ранних «негроидов» достигло численности нескольких сотен человек, и эти группы бродячих охотников отправляются в дальние странствия – отсюда появление людей с типично выраженным комплексом признаков в Северо-Западной, Центральной и Юго-Восточной Африке.
В период 4-5 тыс. л.н. в Западной Африке возникает свой собственный очаг неолитизации – распространяются такие сельско-хозяйственные культуры как ямс, сорго, просо и африканский рис. А через Сахару из Северной Африки сюда проникает скотоводство.
Во время неолита предковая популяция современной Западноафриканской ветви делает первые демографический рывок и распространяется на пространстве от устья Сенегала – до устья Нигера. И далее - вдоль побережья Гвинейского залива.
Но ключевыми являются события эпохи 3,5 – 3,1 тыс. л.н.. Тогда начинается движение на юго-восток народов банту. Они занимались подсечно-огневым земледелием в зоне субэкваториальных лесов и постепенно «прорубали» себе коридор на юго-восток.
Во 2-м тысячелетии до нашей эры в Западной Африке начинается Железный век. У народов Нигеро-кордофанской семьи развиваются технологии черной металлургии, а вместе с ними появляются и более совершенные инструменты - железные топоры и мотыги. Экспансия заметно ускорилась, и всего за 1000-1500 лет народы банту заселили обширные территории от Гвинейского залива до западных берегов Мадагаскара. Как правило, имело место именно заселение, колонизация безлюдных земель. Но в ряде случаев народы банту ассимилировали немногочисленное население других рас. В бассейне реки Конго банту смешивались с пигмеями (представителями Центральноафриканской расы). В Восточной Африке они смешались с народами Восточноафриканской расы. А на юге ассимилировали многочисленные мелкие группы бушменов, успевшие продвинуться на север. Эта экспансия закончилась только в 11-15 веках н.э., а в некоторых частях Африки продвижение банту продолжалось вплоть до европейской колонизации в 19 столетии и первых войн с европейцами.
Таким образом, антропологические черты изначально изолированной Западноафриканской ветви распространились по большей части территории Африки южнее Сахары. А в 18-19 веках миллионы негроидов были вывезены из Западной Африки в Новый Свет (особенно, в США и Бразилию).
Так или иначе, поток генов всегда шел из Западной Африки в другие части континента, а не наоборот. Таким образом, несмотря на то, что эта ветвь образует основу генофонда большей части африканских групп популяций, она остается изолированной в контексте геногеографии.
С. Дробышевский прямо говорит о том, что по некоторым генетическим системам западноафриканские группы отличаются от прочих негров столь же сильно, что и пигмеи, "койсаны" и популяции Африканского Рога.
С учетом того, что под «прочими неграми» стоит понимать большую часть населения Африки южнее Сахары (Камерун, ЦАР, Южный Судан, Кения, Уганда, Танзания, Замбия, Конго, Заир, Ангола и некоторые другие страны).
Эти группы популяций представляют собой сочетание четырех африканских расовых ветвей.
В. Бунак прямо говорил о том, целесообразно при исследовании большой территории придавать особое значение не расовым комплексам, а расовым зонам. И отмечал, что расовые зоны – понятие более широкое и означает зону пересечения векторов изменчивости различных признаков.
Такими «векторами изменчивости» и являются расовые ветви. Основной из которых, к югу от Сахары, является Западноафриканская ветвь. »
источник
