Крысы выручают друзей из беды и делятся с ними шоколадом
Эксперименты, проведенные американскими биологами, показали, что крысы целенаправленно помогают своим попавшим в беду товарищам и даже делятся с ними лакомством, которое могли бы съесть в одиночку. Крысы выпускают друг друга из ловушки даже в том случае, если освобожденный оказывается после этого в отдельном помещении, так что наблюдаемое просоциальное поведение нельзя объяснить желанием скрасить свое одиночество. По-видимому, вид запертого сородича вызывает у крысы отрицательные эмоции, от которых можно избавиться, только придя ему на помощь.
Ранее у грызунов было экспериментально подтверждено наличие простейших форм эмпатии, таких как эмоциональное заражение (Emotional contagion); см.: Мыши чувствуют чужую боль («Элементы», 03.07.2006). Более сложные проявления сочувствия, такие как целенаправленная помощь попавшему в беду сородичу, тоже демонстрировались в экспериментах (например: Rice, Gainer, 1962. «Altruism» in the albino rat), но полного единодушия по поводу интерпретации этих результатов у экспертов пока нет.
Психологи и нейробиологи из Чикагского университета провели опыты на крысах, в которых им удалось показать, что крысы вполне целенаправленно выручают товарищей из беды.
Перед началом тестирования подопытные крысы в течение двух недель жили попарно и привыкали друг к другу. Затем одного из сожителей запирали в маленький прозрачный контейнер с дырочками для воздуха и общения и дверцей, которую можно было открыть только снаружи. Контейнер ставили в центр более просторной клетки, в которую затем выпускали вторую крысу («свободную»). Таким образом, у свободной крысы была возможность выпустить товарища из ловушки. Для этого она должна была не только захотеть это сделать, но и догадаться, как. Дверь можно было открыть, приподняв носом приклеенную поперечную планку. Опыт повторяли раз за разом в течение 12 дней. Если свободная крыса так и не открывала дверцу, это в конце концов делал за нее экспериментатор (чтобы у участниц не развилась «выученная беспомощность»). В качестве контроля использовались следующие ситуации: 1) свободная крыса и пустая закрытая ловушка, 2) свободная крыса и ловушка с игрушечной крысой, 3) свободная крыса в помещении с пустой ловушкой и вторая крыса, тоже на свободе, за прозрачной перегородкой с дырочками, через которые крысы могли общаться.
Крысы бегали вокруг контейнера с запертым напарником (который при этом изредка издавал ультразвуковые «сигналы тревоги»), общались с ним через дырочки, исследовали обстановку и в конце концов (в среднем на седьмой день) догадывались, как открыть дверцу. Контрольные крысы проводили у контейнера достоверно меньше времени, предпочитая бегать по периметру помещения. Кроме того, у подопытных крыс до того, как они научились выпускать своего приятеля, двигательная активность в целом была выше, чем у контрольных. Это значит, что присутствие запертого товарища побуждало их к активным действиям.
После того как крысы разгадывали секрет дверцы, они справлялись с задачей всё быстрее от сессии к сессии. Поначалу они пугались (замирали на несколько секунд), когда приподнятая дверца падала в сторону, но потом перестали замирать. Это значит, что падение дверцы стало ожидаемым событием, а само действие было преднамеренным и целенаправленным. К двенадцатому дню 23 из 30 подопытных крыс открывали дверцу и выпускали напарника почти сразу после начала опыта. Из 40 контрольных крыс только 5 продемонстрировали такое поведение на 12-й день. После освобождения и воссоединения с другом двигательная активность «свободной» крысы возрастала. Как всё это выглядело, можно увидеть в фильме, размещенном на сайте журнала Science.
Подопытная группа включала 24 самца и 6 самок. К двенадцатому дню систематически выпускали товарища из ловушки все самки и только 17 из 24 самцов. Кроме того, самки в среднем быстрее, чем самцы, справлялись с дверцей в опытах с 7-го по 12-й день. По мнению авторов, это означает, что у крыс, как и у людей, самки более склонны к эмпатии (см.: Женщины добрее мужчин, «Элементы», 02.02.2006).
Может быть, крысы освобождают своих товарищей, потому что предвкушают социальный контакт и хотят побыстрее оказаться в компании? Чтобы проверить это, был поставлен дополнительный эксперимент. Сначала 9 крысиных пар в течение 12 дней обучались выпускать друг друга из ловушки, как в основном эксперименте. Затем условия изменили: теперь свободная крыса могла выпустить товарища только в другую клетку, так что пообщаться с ним после его освобождения она уже не могла: нужно было поднять рычаг с одной стороны ловушки, а дверь открывалась с другой и вела в отдельное помещение.
Крысы по-честному продолжали выпускать своих друзей, хотя и не получали за это награды в виде общения. Но если крысу, привыкшую выпускать напарника из ловушки, сажали в точно такое же помещение с пустым контейнером, она и не думала открывать дверцу.
В последней серии экспериментов «свободная» крыса оказывалась в клетке с двумя одинаковыми запертыми контейнерами, в одном из которых находился ее напарник, а в другом — 5 кусочков шоколада, который крысы очень любят. Как и в основном опыте, крысам потребовалось в среднем 5–7 дней, чтобы догадаться, как открываются дверцы. После этого они практически всегда открывали оба контейнера, тратя на это всё меньше времени день ото дня. Более того, если в контрольной ситуации (контейнер с шоколадом + пустой контейнер) крыса съедала весь шоколад сама, то в присутствии освобожденного товарища крыса делилась с ним лакомством в 61% случаев (хотя имела полную возможность спокойно съесть весь шоколад и только после этого освободить другую крысу).
Полученные результаты довольно убедительно подтверждают наличие у крыс не только простейших форм эмпатии, но и способности целенаправленно приходить на выручку попавшему в беду сородичу.
http://elementy.ru/news/431719
http://www.sciencemag.org/content/334/6061/1427.abstr..
Эксперименты, проведенные американскими биологами, показали, что крысы целенаправленно помогают своим попавшим в беду товарищам и даже делятся с ними лакомством, которое могли бы съесть в одиночку. Крысы выпускают друг друга из ловушки даже в том случае, если освобожденный оказывается после этого в отдельном помещении, так что наблюдаемое просоциальное поведение нельзя объяснить желанием скрасить свое одиночество. По-видимому, вид запертого сородича вызывает у крысы отрицательные эмоции, от которых можно избавиться, только придя ему на помощь.
Ранее у грызунов было экспериментально подтверждено наличие простейших форм эмпатии, таких как эмоциональное заражение (Emotional contagion); см.: Мыши чувствуют чужую боль («Элементы», 03.07.2006). Более сложные проявления сочувствия, такие как целенаправленная помощь попавшему в беду сородичу, тоже демонстрировались в экспериментах (например: Rice, Gainer, 1962. «Altruism» in the albino rat), но полного единодушия по поводу интерпретации этих результатов у экспертов пока нет.
Психологи и нейробиологи из Чикагского университета провели опыты на крысах, в которых им удалось показать, что крысы вполне целенаправленно выручают товарищей из беды.
Перед началом тестирования подопытные крысы в течение двух недель жили попарно и привыкали друг к другу. Затем одного из сожителей запирали в маленький прозрачный контейнер с дырочками для воздуха и общения и дверцей, которую можно было открыть только снаружи. Контейнер ставили в центр более просторной клетки, в которую затем выпускали вторую крысу («свободную»). Таким образом, у свободной крысы была возможность выпустить товарища из ловушки. Для этого она должна была не только захотеть это сделать, но и догадаться, как. Дверь можно было открыть, приподняв носом приклеенную поперечную планку. Опыт повторяли раз за разом в течение 12 дней. Если свободная крыса так и не открывала дверцу, это в конце концов делал за нее экспериментатор (чтобы у участниц не развилась «выученная беспомощность»). В качестве контроля использовались следующие ситуации: 1) свободная крыса и пустая закрытая ловушка, 2) свободная крыса и ловушка с игрушечной крысой, 3) свободная крыса в помещении с пустой ловушкой и вторая крыса, тоже на свободе, за прозрачной перегородкой с дырочками, через которые крысы могли общаться.
Крысы бегали вокруг контейнера с запертым напарником (который при этом изредка издавал ультразвуковые «сигналы тревоги»), общались с ним через дырочки, исследовали обстановку и в конце концов (в среднем на седьмой день) догадывались, как открыть дверцу. Контрольные крысы проводили у контейнера достоверно меньше времени, предпочитая бегать по периметру помещения. Кроме того, у подопытных крыс до того, как они научились выпускать своего приятеля, двигательная активность в целом была выше, чем у контрольных. Это значит, что присутствие запертого товарища побуждало их к активным действиям.
После того как крысы разгадывали секрет дверцы, они справлялись с задачей всё быстрее от сессии к сессии. Поначалу они пугались (замирали на несколько секунд), когда приподнятая дверца падала в сторону, но потом перестали замирать. Это значит, что падение дверцы стало ожидаемым событием, а само действие было преднамеренным и целенаправленным. К двенадцатому дню 23 из 30 подопытных крыс открывали дверцу и выпускали напарника почти сразу после начала опыта. Из 40 контрольных крыс только 5 продемонстрировали такое поведение на 12-й день. После освобождения и воссоединения с другом двигательная активность «свободной» крысы возрастала. Как всё это выглядело, можно увидеть в фильме, размещенном на сайте журнала Science.
Подопытная группа включала 24 самца и 6 самок. К двенадцатому дню систематически выпускали товарища из ловушки все самки и только 17 из 24 самцов. Кроме того, самки в среднем быстрее, чем самцы, справлялись с дверцей в опытах с 7-го по 12-й день. По мнению авторов, это означает, что у крыс, как и у людей, самки более склонны к эмпатии (см.: Женщины добрее мужчин, «Элементы», 02.02.2006).
Может быть, крысы освобождают своих товарищей, потому что предвкушают социальный контакт и хотят побыстрее оказаться в компании? Чтобы проверить это, был поставлен дополнительный эксперимент. Сначала 9 крысиных пар в течение 12 дней обучались выпускать друг друга из ловушки, как в основном эксперименте. Затем условия изменили: теперь свободная крыса могла выпустить товарища только в другую клетку, так что пообщаться с ним после его освобождения она уже не могла: нужно было поднять рычаг с одной стороны ловушки, а дверь открывалась с другой и вела в отдельное помещение.
Крысы по-честному продолжали выпускать своих друзей, хотя и не получали за это награды в виде общения. Но если крысу, привыкшую выпускать напарника из ловушки, сажали в точно такое же помещение с пустым контейнером, она и не думала открывать дверцу.
В последней серии экспериментов «свободная» крыса оказывалась в клетке с двумя одинаковыми запертыми контейнерами, в одном из которых находился ее напарник, а в другом — 5 кусочков шоколада, который крысы очень любят. Как и в основном опыте, крысам потребовалось в среднем 5–7 дней, чтобы догадаться, как открываются дверцы. После этого они практически всегда открывали оба контейнера, тратя на это всё меньше времени день ото дня. Более того, если в контрольной ситуации (контейнер с шоколадом + пустой контейнер) крыса съедала весь шоколад сама, то в присутствии освобожденного товарища крыса делилась с ним лакомством в 61% случаев (хотя имела полную возможность спокойно съесть весь шоколад и только после этого освободить другую крысу).
Полученные результаты довольно убедительно подтверждают наличие у крыс не только простейших форм эмпатии, но и способности целенаправленно приходить на выручку попавшему в беду сородичу.
http://elementy.ru/news/431719
http://www.sciencemag.org/content/334/6061/1427.abstr..
