.
"...
по внутреннему убеждению моему, самому полному и непреодолимому - не
будет у России, и никогда еще не было, таких ненавистников,
завистников,клеветников и даже явных врагов, как все эти славянские
племена, чуть только их Россия освободит, а Европа согласится признать
их освобожденными! И пусть не возражают мне, не оспаривают, не кричат на
меня, что я преувеличиваю и что я ненавистник славян! Я, напротив,
очень люблю славян, но я и защищаться не буду,потому что знаю, что всё
точно так именно сбудется, как я говорю, и не по низкому,
неблагодарному, будто бы, характеру славян, совсем нет, - у них характер
в этом смысле как у всех, - а именно потому, что такие вещи на свете
иначе и происходить не могут.
.
Начнут
же они, по освобождении, свою новую жизнь, повторяю, именно с того, что
выпросят себе у Европы, у Англии и Германии, например, ручательство и
покровительство их свободе, и хоть в концерте европейских держав будет и
Россия, но они именно в защиту от России это и сделают.
Начнут они
непременно с того, что внутри себя, если не прямо вслух, объявят себе и
убедят себя в том, что России они не обязаны ни малейшею благодарностью,
напротив, что от властолюбия России они едва спаслись при заключении
мира вмешательством европейского концерта, а не вмешайся Европа, так
Россия проглотила бы их тотчас же, "имея в виду расширение границ и
основание великой Всеславянской империи на порабощении славян жадному,
хитрому и варварскому великорусскому племени".
.
Может
быть, целое столетие, или еще более, они будут беспрерывно трепетать за
свою свободу и бояться властолюбия России; они будут заискивать перед
европейскими государствами, будут клеветать на Россию, сплетничать на
нее и интриговать против нее.
О, я не говорю про отдельные лица:
будут такие, которые поймут, что значила, значит и будет значить Россия
для них всегда. Но люди эти, особенно вначале, явятся в таком жалком
меньшинстве, что будут подвергаться насмешкам, ненависти и даже
политическому гонению.
Особенно приятно будет для освобожденных
славян высказывать и трубить на весь свет, что они племена образованные,
способные к самой высшей европейской культуре, тогда как Россия -
страна варварская, мрачный северный колосс, даже не чистой славянской крови, гонитель и ненавистник европейской цивилизации.
.
У
них, конечно, явятся, с самого начала, конституционное управление,
парламенты, ответственные министры, ораторы, речи. Их будет это
чрезвычайно утешать и восхищать. Они будут в упоении, читая о себе в
парижских и в лондонских газетах телеграммы, извещающие весь мир, что
после долгой парламентской бури пало наконец министерство в (...страну
по вкусу...) и составилось новое из либерального большинства и что
какой-нибудь ихний (...фамилию по вкусу...) согласился наконец принять
портфель президента совета министров.
.
России
надо серьезно приготовиться к тому, что все эти освобожденные славяне с
упоением ринутся в Европу, до потери личности своей заразятся
европейскими формами, политическими и социальными, и таким образом
должны будут пережить целый и длинный период европеизма прежде, чем
постигнуть хоть что-нибудь в своем славянском значении и в своем особом
славянском призвании в среде человечества.
.
Между
собой эти землицы будут вечно ссориться, вечно друг другу завидовать и
друг против друга интриговать. Разумеется, в минуту какой-нибудь
серьезной беды они все непременно обратятся к России за помощью. Как ни
будут они ненавистничать, сплетничать и клеветать на нас Европе,
заигрывая с нею и уверяя ее в любви, но чувствовать-то они всегда будут
инстинктивно (конечно, в минуту беды, а не раньше), что Европа
естественный враг их единству, была им и всегда останется, а что если
они существуют на свете, то, конечно, потому, что стоит огромный магнит -
Россия, которая,неодолимо притягивая их всех к себе, тем сдерживает их
целость и единство...."
.
Достоевский Федор Михайлович.
Дневник писателя.
Сентябрь - декабрь 1877года.
.
Обратите
внимание на дату написания заметки. Тогда ещё о государственном
суверенитете восточно-европейских лимитрофов только ещё начали говорить.
И то не про всех. Реального опыта их суверенитета ещё не было.
Однако, напророчил…