Будучи ребенком, выросшим в Лондоне, Яссин Яссин вряд ли предполагал, что окажется на фронте в Ираке. Не считая необходимости покинуть разрушенную режимом Саддама Хусейна страну, чтобы отправиться к семье в Великобританию, его жизнь проходила вполне нормально.
(Всего 15 фото)
Источник: vice.com
Сейчас Яссину 24 года, и он недавно вернулся в Лондон из Ирака, где фотографировал вооруженные формирования, сражающиеся на стороне правительства. Они предпочитают не называть себя просто «ополчением», так как у них довольно серьезная главная цель — помешать продвижению подразделений ИГИЛ (запрещенная в России террористическая организация. — Прим. ред.). Нынешний проект — одна из попыток Яссина понять, что стало со страной, которую он когда-то покинул, и с жителями, которые теперь вооружаются для борьбы с ИГИЛ, потому что боятся, что ситуация выйдет из-под контроля.
Проводя время с тремя группами — «Катаиб джунд аль-Имам», «Тайяр аль-Ризали» и «Форкет аль имам Али», Яссин сумел почувствовать не только постоянный страх за свою жизнь, но и удивительный дух товарищества, созданный этими обстоятельствами.
«Поначалу я был напуган, поскольку никогда до этого не сталкивался с подобными опасностями, но со временем, когда я начал замечать, как спокойны и расслаблены были все эти люди, мой страх отступил», — рассказал Яссин. А после того как ему показали здание неподалеку, пораженное обстрелом боевиков ИГИЛ, он понял, что получает настоящий опыт из зоны боевых действий.
Как у вас получилось попасть в ряды ополчения?
Яссин: Я вылетел из Великобритании и начал посещать эти группы ополченцев, спрашивая, могу ли я запечатлеть их действия. Конечно, было сложно. Многие не доверяли мне, считали, что я могу быть шпионом. Но один из моих родственников был знаком с телерепортером, который, в свою очередь, был знаком с членами одной из групп ополченцев, поэтому меня пустили на одну из баз.
На что похож типичный день на базе?
Сложно описать типичный день, потому что каждый день уникален. Я был там перед освобождением Фаллуджи — этот город пал еще в январе 2014 года. В это время группировка «Хашд аль-Шааби» оборонялась, и я был с ними на фронте, наблюдая, как они пытаются сдержать противника.
Как это было? Что вам удалось увидеть? Что вам разрешали увидеть?
Каждая группа ополченцев состоит их двух частей, солдат и команды СМИ, ребята из которой взяли меня с собой в лагерь Спейчер в Тикрите. Я видел инженера, который создавал бомбы. Он не разрешил себя сфотографировать, но рассказал мне, что во время американского вторжения работал переводчиком для американской армии.
Чуть позже я встретил солдата, который воевал на стороне иракского правительства в 2003 году. Он был членом группировки, которая принесла американской армии немало проблем. Он не был знаком с тем инженером, но мне показалось интересным, что два иракца с абсолютно противоположными политическими взглядами теперь вместе воюют против общего врага. У всех людей в «Хашд аль-Шааби» есть общая цель — они хотят уничтожить ИГИЛ. Они все были очень веселыми и относились ко мне с уважением.
Чьи истории вам больше всего запомнились?
Там был парень по имени Малик. Я встретил его в лагере Спейчер. В свои 20 с копейками он борется с джихадистами, и к тому времени, когда я сделал снимок, он занимался этим уже около года. Он рассказал мне о договоренности между ним и его четырьмя старшими братьями: если он умрет, один из них займет его место, и так пока они все не уйдут из жизни. У него отличные человеческие качества — он добрый, располагал к себе, мы общались после того, как наши пути разошлись. Но в то же время я увидел и другую сторону Малика. Я забыл о том, что он был воином, убивающим солдат противника, и осознал это снова, лишь когда он показал мне фото и видео, снятые во время последней битвы.
Учитывая пережитое вами, как вы считаете, что означает то, что вы видели?
Мне, как британскому иракцу, действительно грустно видеть, что произошло. Когда вы отправляетесь в Ирак и видите условия, в которых живут там люди, — коррупцию, грязные улицы, очень низкий уровень обслуживания, — вы ощущаете бессилие. Но этот проект научил меня одной вещи: иракцы проходят через множество испытаний, но при этом они невероятно сильные, страстные люди, которые все еще могут улыбаться и смеяться в лицо трудностям. Каждый день на улицах Багдада словно русская рулетка. Вполне буквально: если вы окажетесь в неправильном месте в неправильное время, вы просто погибнете. Но даже это не останавливает людей. Они не могут оставаться дома и ничего не делать, ведь им нужно как-то жить.
http://bigpicture.ru/?p=796211
(Всего 15 фото)
Источник: vice.com Сейчас Яссину 24 года, и он недавно вернулся в Лондон из Ирака, где фотографировал вооруженные формирования, сражающиеся на стороне правительства. Они предпочитают не называть себя просто «ополчением», так как у них довольно серьезная главная цель — помешать продвижению подразделений ИГИЛ (запрещенная в России террористическая организация. — Прим. ред.). Нынешний проект — одна из попыток Яссина понять, что стало со страной, которую он когда-то покинул, и с жителями, которые теперь вооружаются для борьбы с ИГИЛ, потому что боятся, что ситуация выйдет из-под контроля.
Проводя время с тремя группами — «Катаиб джунд аль-Имам», «Тайяр аль-Ризали» и «Форкет аль имам Али», Яссин сумел почувствовать не только постоянный страх за свою жизнь, но и удивительный дух товарищества, созданный этими обстоятельствами.
«Поначалу я был напуган, поскольку никогда до этого не сталкивался с подобными опасностями, но со временем, когда я начал замечать, как спокойны и расслаблены были все эти люди, мой страх отступил», — рассказал Яссин. А после того как ему показали здание неподалеку, пораженное обстрелом боевиков ИГИЛ, он понял, что получает настоящий опыт из зоны боевых действий.
Как у вас получилось попасть в ряды ополчения?
Яссин: Я вылетел из Великобритании и начал посещать эти группы ополченцев, спрашивая, могу ли я запечатлеть их действия. Конечно, было сложно. Многие не доверяли мне, считали, что я могу быть шпионом. Но один из моих родственников был знаком с телерепортером, который, в свою очередь, был знаком с членами одной из групп ополченцев, поэтому меня пустили на одну из баз.
На что похож типичный день на базе?
Сложно описать типичный день, потому что каждый день уникален. Я был там перед освобождением Фаллуджи — этот город пал еще в январе 2014 года. В это время группировка «Хашд аль-Шааби» оборонялась, и я был с ними на фронте, наблюдая, как они пытаются сдержать противника.
Как это было? Что вам удалось увидеть? Что вам разрешали увидеть?
Каждая группа ополченцев состоит их двух частей, солдат и команды СМИ, ребята из которой взяли меня с собой в лагерь Спейчер в Тикрите. Я видел инженера, который создавал бомбы. Он не разрешил себя сфотографировать, но рассказал мне, что во время американского вторжения работал переводчиком для американской армии.
Чуть позже я встретил солдата, который воевал на стороне иракского правительства в 2003 году. Он был членом группировки, которая принесла американской армии немало проблем. Он не был знаком с тем инженером, но мне показалось интересным, что два иракца с абсолютно противоположными политическими взглядами теперь вместе воюют против общего врага. У всех людей в «Хашд аль-Шааби» есть общая цель — они хотят уничтожить ИГИЛ. Они все были очень веселыми и относились ко мне с уважением.
Чьи истории вам больше всего запомнились?
Там был парень по имени Малик. Я встретил его в лагере Спейчер. В свои 20 с копейками он борется с джихадистами, и к тому времени, когда я сделал снимок, он занимался этим уже около года. Он рассказал мне о договоренности между ним и его четырьмя старшими братьями: если он умрет, один из них займет его место, и так пока они все не уйдут из жизни. У него отличные человеческие качества — он добрый, располагал к себе, мы общались после того, как наши пути разошлись. Но в то же время я увидел и другую сторону Малика. Я забыл о том, что он был воином, убивающим солдат противника, и осознал это снова, лишь когда он показал мне фото и видео, снятые во время последней битвы.
Учитывая пережитое вами, как вы считаете, что означает то, что вы видели?
Мне, как британскому иракцу, действительно грустно видеть, что произошло. Когда вы отправляетесь в Ирак и видите условия, в которых живут там люди, — коррупцию, грязные улицы, очень низкий уровень обслуживания, — вы ощущаете бессилие. Но этот проект научил меня одной вещи: иракцы проходят через множество испытаний, но при этом они невероятно сильные, страстные люди, которые все еще могут улыбаться и смеяться в лицо трудностям. Каждый день на улицах Багдада словно русская рулетка. Вполне буквально: если вы окажетесь в неправильном месте в неправильное время, вы просто погибнете. Но даже это не останавливает людей. Они не могут оставаться дома и ничего не делать, ведь им нужно как-то жить.
http://bigpicture.ru/?p=796211
