Темы

Австролоиды Альпийский тип Америнды Англия Антропологическая реконструкция Антропоэстетика Арабы Арменоиды Армия Руси Археология Аудио Аутосомы Африканцы Бактерии Балканы Венгрия Вера Видео Вирусы Вьетнам Гаплогруппы генетика Генетика человека Генетические классификации Геногеография Германцы Гормоны Графики Греция Группы крови Деградация Демография в России Дерматоглифика Динарская раса ДНК Дравиды Древние цивилизации Европа Европейская антропология Европейский генофонд ЖЗЛ Живопись Животные Звёзды кино Здоровье Знаменитости Зодчество Иберия Индия Индоарийцы интеллект Интеръер Иран Ирландия Испания Исскуство История Италия Кавказ Канада Карты Кельты Китай Корея Криминал Культура Руси Латинская Америка Летописание Лингвистика Миграция Мимикрия Мифология Модели Монголоидная раса Монголы Мт-ДНК Музыка для души Мутация Народные обычаи и традиции Народонаселение Народы России научные открытия Наши Города неандерталeц Негроидная раса Немцы Нордиды Одежда на Руси Ориентальная раса Основы Антропологии Основы ДНК-генеалогии и популяционной генетики Остбалты Переднеазиатская раса Пигментация Политика Польша Понтиды Прибалтика Природа Происхождение человека Психология Разное РАСОЛОГИЯ РНК Русская Антропология Русская антропоэстетика Русская генетика Русские поэты и писатели Русский генофонд Русь Семиты Скандинавы Скифы и Сарматы Славяне Славянская генетика Среднеазиаты Средниземноморская раса Схемы США Тохары Тураниды Туризм Тюрки Тюрская антропогенетика Укрология Уралоидный тип Филиппины Фильм Финляндия Фото Франция Храмы Хромосомы Художники России Цыгане Чехия Чухонцы Шотландия Эстетика Этнография Этнопсихология Юмор Япония C Cеквенирование E E1b1b G I I1 I2 J J1 J2 N N1c Q R1a R1b Y-ДНК

Поиск по этому блогу

суббота, 26 ноября 2016 г.

Гмыря Л.Б. Некоторые сведения о гуннах в Дагестане

Древние и средневековые памятники Дагестана
(Материалы по археологии Дагестана, вып. 9). 1980.
 

Гунны, о которых народы Востока знали понаслышке, в конце IV в. совершают свой неожиданный и грандиозный поход в страны Закавказья и Передней Азии. Современник и свидетель этих трагических событий христианский писатель и путешественник Евсевий Иероним сообщает, что «…в прошлом году напущенные на нас из самых далеких скал Кавказа уже не аравийские, а северные волки в короткое время обрыскали столь обширные провинции. Осаждена Антиохия и остальные города…»1) Далее, описывая бесчинства гуннских воинов, он уточняет территорию их обитания: «…от крайних пределов Меотиды, между ледяным Танаидом и свирепыми народами массагетов, где Александровы запоры сдерживают дикие племена скалами Кавказа, вырвались рои гуннов…»2)

У Евсевия Иеронима речь идеть о гуннах, осевших в степях Северного Кавказа. С конца IV в. и в продолжение почти трехсот лет северокавказские гунны — участники важнейших событий, затронувших судьбы больших и малых народов, населявших земли Восточного Предкавказья, Закавказья, Передней Азии.
С этого времени этноним «гунны» (применительно к северокавказским гуннам) не сходит со страниц исторических сочинений и хроник византийских, армянских, сирийских и арабских авторов.
Античные и средневековые авторы мало что знали о происхождении этого народа. Одни связывали их со скифами: «Какие племена живут в области восточного океана: скифы людоеды, скифы-хунны…, илоны, массагеты».3) «Уины или хунны, прикаспийские народы — скифского (153/154) происхождения», — замечает Евстафий.4) Другие авторы высказывали предположение, что этот совершенно не известный до сих пор в Европе народ, пришел из Азии.5)
Гуннские племена, осевшие в степях Северного Кавказа, не были однородны. Источники, сообщая о событиях середины V в., различают на Северном Кавказе гуннов-хайландуров,6) угоров, сарагу, оногур,7) с начала VI в. — гуннов-савир.8) Все без исключения античные авторы подчеркивают родство савирских племен с гуннами: «Тут живут гунны, так называемые сабиры и некоторые другие племена», — пишет Прокопий Кесарийский,9) далее он опять подчеркивает, что «сабиры являются гуннским племенем».10) Агафий, описывая осаду Археополя, сообщает, что в римском войске находился отряд наемных гуннов «которых называют савирами».11) Фиофилакт Симокатта называет их уже просто сабирами, перечисляя среди других гуннских племен: «Барселт, уннугуры, сабиры и, кроме, них, другие гуннские племена, увидав только часть людей уар и хунни, бежавших в их места, прониклись страхом и решили, что к ним переселились авары».12) Сведения эти относятся ко второй половине VI в., когда савиры были уже хорошо известным народом и не было надобности подчеркивать их происхождение. То, что савиры являлись частью гуннских племен, занявших степи Восточного Предкавказья, не вызывает сомнения у большинства исследователей.13) М.И. Артамонов подчеркивает, что в этническом отношении савиры были сходны с гуннами.14) Аммиан Марцеллин дал классическое описание облика гуннов: «…они стареются безбородыми и лишенными всякой красоты.., все они отличаются плотными и крепкими членами, толстыми (154/155) затылками…»15) Мало чем отличается от этого описания портрет царя .гуннов-хазар, участвовавших в осаде Тбилиси 627 г. Хотя это портрет — карикатура, все же он выявляет типичные черты внешности: «…вместо ресниц нарисовали (жители Тбилиси — Л.Г.) несколько обрубленных ветвей, которых никто не мог видеть; место бороды оставили безобразно голым; место нездрей носа шириной в локоть, редкие волосы на усах».16) Дополняет этот портрет описание Моисея Каганкатваци «широколицей, безресничной толпы, которая в образе женщин с распущенными волосами»,17) разрушила и разграбила Дербент (627 г.). М.И. Артамонов считает, что здесь приводится описание тюркютов,18) замечая попутно, что тюркютов, штурмовавших Дербент в 627 г., было немного и что основные силы состояли из представителей подвластных им племен.19) Но на современников это войско произвело впечатление именно как «толпа» с распущенными волосами, что возможно только при подавляющем большинстве воинов-тюркютов. Известно, что подвластные тюркам авары носили косы, болгары и хазары брили головы,20) а савиры, по-видимому, носили волосы распущенными, как женщины. Агафий, описавший события с 552 по 558 гг. замечает, что у правителей франков «волосы сзади красиво падают на плечи, и спереди посредине разделены пробором, а не так, как у турок и аваров, — не причесаны, запущены или некрасиво заплетены».21) Весьма вероятно, Агафий под турками подразумевает все же гуннов-савир, обитавших на Северном Кавказе и хорошо известных византийским писателям этого времени.
Сведения древних авторов о территории расселения гуннов Северо-Восточного Кавказа отличаются неотчетливостью.*)
Деонисию Периигиту (II в. н.э.) принадлежит первое упоминание о гуннах, обитавших в степях у побережья Каспийского моря: «Я расскажу теперь все о том, какие племена живут вокруг него (Каспийского моря. — Л.Г.), начавши с северо-западной стороны. Первые скифы, которые населяют побережье возле Каспийского моря по устью Каспийского (155/156) моря, потом — унны, а за ними каспийцы».22) Руфий Фест Авиен (вторая половина IV в.) добавляет: «Здесь, вблизи Каспийских вод скитается воинственный скиф, здесь же живут свирепые албанцы».23) Под воинственными скифами очевидно подразумеваются гунны. Присциан (вторая половина V — начало VI в.), повторяя этот же рассказ, дает характеристику некоторым народам, ничем не отмечая гуннов: «Теперь перечислю те племена, которые окружают это (Каспийское — Л.Г.) море, начиная с северных стран, которые склоняются к западу и которые заключают в себе берега Каспийского моря: во-первых — скифские племена, живущие около Сатурнова моря и устья Ирканского,.. затем следуют хуны, а за ними храброе племя каспиев, потом воинственные сыны свирепого Марса албанцы.24)
Не отличаются бóльшей отчетливостью сообщения византийских и армянских авторов о местах обитания гуннов-савиров. Клавдий Птолемей (II в.) помещает савир ниже аорсов и пагиритов до Рипейских гор.25) Стефан Византийский (V в.) уточняет, что савиры — жители Понтийской области известные ранее как сапиры.26) Большой осведомленностью отличался Прокопий Кесарийский. В своих трудах он неоднократно указывает, что «сабиры» живут около Кавказских гор, за Каспийскими воротами».27) Себеос также упоминает гуннов, «живших при гористой стране Кавказа»28) у «Каспийских ворот».29)
Следует подчеркнуть, что под савирами авторы V—VI вв. подразумевали разные гуннские племена, занимавшие степи от Дербента до Азовского моря30) и Волги,31) поскольку к этому времени именно савиры возглавили непрочный военный союз этих полукочевых и кочевых народов. Поэтому такой нечеткостью отличаются сведения о месте обитания собственно савиров.
Можно только предположить, что основная масса их находилась в Восточном Предкавказье и занимала равнинные территории Дагестана к северу от Дербента. Егише местопребывание гуннов-савир (156/157) называет страной,32) что говорит о длительности и постоянстве пребывания их в этом районе (сообщение относится к середине V в.). Моисей Каганкатваци, описывая многие стороны жизни дагестанских гуннов, называет места их обитания «Гуннией»,33) «страной гуннов»,34) «странами хазаров и гуннов».35) Сами гунны-савиры края, где они поселились, называли гуннской землей: «Я Илитвер заключу с тобою (епископом Исраилом — Л.Г.) обет господний, и искореню и истреблю с лица гуннской земли все языческие служения».36)
Моисей Каганкатваци, описывая маршрут путешествия епископа Исраиля в страну гуннов, к сожалению, приводит подробности только первой части маршрута (до г. Лбинов), а описание последующих 37 дней пути отличается краткостью, непоследовательностью, что вызывает споры среди исследователей относительно самого маршрута Исраиля, а также локализации «страны гуннов» и ее городов.37) «Армянская география» VII в. несколько уточняет местоположение «страны гуннов»: «К северу (от Дербента — Л.Г.) близ моря находится царство гуннов, на запад у Кавказа город гуннов, Вараджан, а также города Чунгарс и Мсндр».38) Гевонд, описывая события арабо-хазарских войн, также помещает «страну гуннов» к северу от Дербента: «Сам Мелим с большим войском прошел проход Чора, грабя страну Гуннов».39) Исходя из описания маршрута хазарского войска, совершившего набег на Закавказье «через землю гуннов и через проход Джорский, по земле маскутов… на страну Пайтакаран»,40) можно с уверенностью говорить только о южной границе «страны гуннов», которой служили Дербентские укрепления. Подтверждают это предположение и ценные добавления к Птолемею анонимного сирийского компилятора. Он сообщает, что Каспийские ворота и побережье моря находятся «в пределах гуннских».41) Ибн-Хордадбэх также помещает царство Сувар (Савир по М.И. Артамонову) к северу от Дербента.42) Из сообщений более поздних (157/158) авторов, отмечающих могущество «царства Джидан»43) опять-таки можно выяснить лишь то, что южным соседом его были «жители Баб-валь-Абваба», которые «терпят неприятности от соседнего царства, называемого Джидан…»44)
Ни в одном из вышеприведенных источников не названы западные и северные соседи «царства гуннов» или какие-либо географические ориентиры, ограничивавшие территорию обитания гуннов-савир. Это можно объяснить слабой осведомленностью авторов, а также, очевидно, этнической широтой, обитавших на Северном Кавказе остатков гуннских племен, известных в странах Востока и Византии в V—VII вв. под именем наиболее могущественного из них — савирского. Поэтому под «землей» или «страной» гуннов в широком смысле этого понятия армянские, византийские, сирийские и арабские авторы понимали, видимо, прикаспийские степи, ограниченные на юге крепостными сооружениями Дербента, берегом Каспийского моря — на востоке, передовыми отрогами Кавказских гор — на западе и устьем Волги — на севере. Более четко очертить границы обитания гунно-савирских племен пока не представляется возможным.
Вполне вероятно, что этноним «савиры» в V—VII вв. был распространен и на аборигенные племена Дагестана, попавшие в зависимость к гуннам-савирам.
В узком смысле понятия «страны гуннов» следует, очевидно, понимать, как земли, населённые в основном массой савиров, где была расположена их столица Варачан. Сами савиры заселяли, как кочевники, равнинные, отчасти предгорные территории Дагестана (Тереко-Сулакское междуречье на севере, далее — степи от Махачкала до Дербента).
На территории Северо-Восточного Дагестана, где по сведениям письменных источников располагались гунны-савиры, в последнее десятилетие археологи выявили около сорока укрепленных и неукрепленных поселений, содержащих слои гунно-савирского времени (IV—VII вв. н.э.).45) (158/159)
Классификация открытых поселений Северного Дагестана была проведена М.Г. Магомедовым, который выделил среди них четыре группы памятников:
1) Крупные городища; 2) открытые (неукрепленные поселения); 3) малые городища (крепости); 4) городища и поселения предгорной зоны.
В основу классификации были положены размеры, местоположение, структура культурных отложений и особенности оборонительных сооружений раннесредневековых поселений Терско-Сулакского междуречья и Приморского Дагестана.46)
Как известно, рельеф местности оказывает большое влияние на характер поселений. Учитывая этот факт, раннесредневековые поселения Северо-Восточного и Среднего Дагестана разделены нами на две группы:
I) поселения плоскостной зоны (Терско-Сулакское междуречье); II) поселения предгорной зоны, расположенные в основном в долинах рек предгорной полосы.
Из 38 поселений, к сожалению, только семь подвергались систематическим раскопкам, данные об остальных носят разведочный характер, в лучшём случае, на некоторых из памятников закладывались траншеи и шурфы.
I группа (рис. 3). Поселения Терско-Сулакского междуречья расположены на территории Северо-Дагестанской низменности. При вы-(159/160)
Рис. 1. Поселения гунно-савирского времени в Дагестане. Поселения I группы: I — тип 1; 2 — тип 2; 3 — тип. 3. Поселения II группы: 4 — тип 1; 5 — тип 2; 6 — тип 3; 7 — тип 4; 8 — тип 5; 9 — горные хребты.
Цифры на поле карты — номера памятников. (160/161)
боре места расположения поселений использовался, как правило, удобный для этого рельеф местности (возвышенные берега рек, невысокие холмы). Оборона населенного пункта усиливалась за счет возведения валов, рвов и крепостных стен, строящихся из саманных кирпичей. По своим размерам и наличию крепостных сооружений поселения первой группы разделены нами на три типа:
Тип 1. Крупное городище с замкнутым типом планировки (Некрасовское (№ 1). По своим размерам оно в четыре раза превосходит расположенные на этой территории поселения. Территория городища была окружена по периметру в сарматское время (III—IV вв. н.э.) мощными валами (высота вала — 3-5 м; ширина у основания — 40 м). Многометровые культурные отложения (2-3 м) свидетельствуют о длительности и непрерывности его существования. В гунно-савирское время городище выступает как крупное укрепленное поселение.
Тип 2. Поселения-крепости (Герменчик (№ 2), Бораул (№ 3), Новая Надежда (№ 4) — небольшие, в сравнении с первым типом, поселения овальной формы замкнутой системы планировки. Поселения второго типа укреплены по периметру валами (Герменчик, Новая Надежда) или валом и рвом (Бор-аул), так же, как и Некрасовское, в сарматский период. Жизнь на поселениях второго типа продолжалась длительное время (толщина культурного слоя от 1,6 м до 3 м), в гунно-савирское время они были небольшими укрепленными населенными пунктами.
Тип 3. Неукрепленные поселения (Гермеичик-тюбе (№ 5), Тенг-кала (№ 6) (овальной в плане формы возникли в сарматское время на сравнительно возвышенном месте надречных террас, просуществовав длительный промежуток времени (культурный слой 3 м). Некоторые из них (Тенг-кала) на заключительном этапе (VII—IX) были укреплены сырцовыми стенами.
II группа (рис. 1). Поселения этой группы сосредоточены вдоль линии предгорий, тянущейся от среднего течения реки Аксай до г. Махачкалы (Северный Дагестан) и далее по Приморской низменности до Дербента. Все они располагаются в основном на берегах или долинах рек, занимая наиболее возвышенные места (высокие берега рек, склоны оврагов и господствующие над местностью горные хребты).
Оборонительные сооружения этой группы поселений возводились только в наиболее уязвимых местах. В качестве строительного материала использовались его местные виды, в основном камень, но иногда (Северный Дагестан) — глинобит в чередовании с сырцовым кирпичем или камнем. Топография наиболее крупных и многослойных поселений отличалась наличием трехчастной структуры (цитадель, основной город и посад)
Все поселения второй группы разделены нами на пять типов:
Тип. I. Поселения с трехчастной системой планировки (Казар-кала (№ 8), Андрейаульское (№ 9), Урминское 1 (№ 29), Урцекское (№ 33), (161/162) Чакавуркент (№ 34), Таргу (№ 36). Поселения этого типа отличаются законченной планировкой средневекового города. Укрепленная цитадель занимала небольшую, но наиболее возвышенную часть поселения, ниже ее располагался основной город, защищенный крепостной стеной или валами, территория рабада так же укреплялась. Среди поселений первого типа выделяются очень крупные (Андрейаульское, Урцекское, Таргу), остальные — средних размеров. По конструкции крепостных, сооружений поселения первого типа разделены нами на три вида.
Вид А. Поселения с каменными крепостными сооружениями (Урмийское 1, Урцекское, Чакавуркент, Таргу). Каменной стеной окружалась цитадель по периметру, иногда только ее наиболее уязвимые участки, каменной стеной защищался также основной город и посад. Иногда оборона посада усиливалась еще и валом (Таргу).
Вид Б. Поселение с земляными укреплениями (Андрейаул). Цитадель Андрейаульского городища отделена от шахристана двумя линиями валов, располагавшихся только с напольной стороны. Земляным валом защищены с напольной стороны также основной город, посад.
Вид В. Поселение с комбинированным типом укреплений (Казар-кала). Цитадель отделена от основной территории городища оврагом, углубленным искусственным рвом. Шахристан защищен с напольной стороны земляным валом, по вершине которого сооружена каменная стена.
Тип 2. Поселения с двухчастной системой планировки (Карамахинское (№ 25), Какамахинское (№ 30), Урминское II (№ 32). Защитой для поселения этого типа служил рельеф местности, а также небольшая цитадель, занимавшая наиболее возвышенный участок поселения и отделенная от него искусственными укреплениями. По конструкции укреплений поселения второго типа разделены нами на три вида:
Вид А (Какамахинское). Цитадель занимает наиболее возвышенный участок поселения, защищена с трех сторон крутыми склонами горного плато, от городища отделена земляным валом.
Вид Б (Урминское II). Цитадель расположена в центральной части городища на холме (высота стенок холма 8-10 м), она окружена по периметру крепостной стеной, сооруженной из камня. С одной из сторон цитадели (восточной) оборона ее усилена, возведенным по подножию холма, валом.
Вид В (Карамахинское). Цитаделью городу служил небольшой высокий холм (высота стенок холма от 10 до 30 м) с крутыми склонами. Искусственных укреплений на цитадели не было возведено, сам город защищен глубокими оврагами.
Тип 3. Поселения с одночастной системой планировки. (Аксайское (№ 7), Верхнечирюрговское (№ 13), Сигитминское (№ 15), Таркинское (№21), Гентурун (№ 22), Какашуринское (№ 24), Эскиюртовское (№ 35), Кадыркентское (№ 37), Дербентское (№ 38)).
Территория этого типа поселений защищалась системой искусственных (162/163) укреплений только с напольной стороны. Среди поселений третьего типа выделяются очень крупные — Верхнечирюртовское, Таркинское, Гентурун. По конструктивным приемам возведения крепостных сооружений поселения третьего типа разделены нами на 4 вида:
Вид А (Верхнечирюртовское, Таркинское, Гентурун, Какашуринское (?), Кадыркент). Защитой жителям этих поселений служил естественный рельеф местности, в наиболее уязвимых местах возводилась крепостная стена, сооруженная из камня, фортификационные качества стены иногда усиливались каменными четырехугольными в плане башнями (Верхнечирюртовское).
Вид Б (Сигитминское). Поселение защищено с напольной стороны крепостными стенами и башнями, сооруженными из камня (нижняя часть) и глинобита (верхняя часть).
Вид В (Эскиюрт). Городище с комбинированной системой укреплений, оно защищено с напольной стороны каменными стенами и округлыми в плане башнями, а также земляным валом.
Вид Г (Дербентское). Поселение занимало вершину высокого холма с крутыми и обрывистыми склонами, в гунно-савирское время было окружено по периметру крепостными стенами, сооруженными из сырцового кирпича.
Тип 4. Крепостные башни (Сигитминская (№ 16), Урминская (№ 31). Укрепления этого типа отличаются небольшими размерами, они располагались в мало доступном месте, защищенном естественным рельефом местности, в непосредственной близости от поселений. Крепостные башни гунно-савирского времени — прямоугольные в плане, окружены по периметру каменной крепостной стеной.
Тип 5. Неукрепленные поселения (Бурсун (№ 10), Бавтугайское «городище» (№ 11), Бавтугайское поселение (№ 12), Верхнечирюртовское поселение (№ 14), Миатлинское поселение (№ 17), Капчугайское (№ 18), Буйнакское (№ 19), Верхнедженгутайское (№ 20), Инглис-тюбе (№ 23), Ачи-су (№ 26), Губденовское «городище» (№ 27), Губденовское поселение (№ 28). Поселения пятого типа расположены в местах с естественно-защитным рельефом местности (высокие обрывистые берега рек, склоны и вершины горных хребтов и т.д.). Среди поселений пятого типа выделяются наиболее крупные (Бавтугайское «городище», Миатлинское, Капчугайское, Губденовское «городище»). Некоторые из них. (Бавтугайское и Губденовское) именуются в исторической литературе городищами. На Бавтугайском «городище» предполагается наличие оборонительных сооружений, защищавших поселение с севера (они не сохранились), а Губденовское «городище», занимая крутые склоны двух горных хребтов и обрывистый берег реки (высота берега 50 м), почти не нуждалось в искусственных укреплениях. Принимая во внимание размеры этих поселений (Бавтугайского и Губденовского), а также степень их естественной защиты, мы также именуем их городищами.
Подведем некоторые итоги. Преобладающим типом поселений (163/164) первой группы были поселения овальные в плане, с замкнутой системой крепостных сооружений — это наиболее целесообразная планировка равнинных районов. Крепостные сооружения, видимо, несли на себе двоякую функцию — оборонительную и защитную (от речных паводков). Поэтому территория этих поселений была окружена укреплениями (в основном валами) в первый период их существования (III—IV вв. н.э.). Жизнь на этих поселениях, судя по толщине культурного слоя, продолжалась беспрерывно длительное время (около 500 лет). Жители этого района, судя по находкам, занимались в основном скотоводством, чему благоприятствовали поймы многочисленных рек, богатых кормами почти круглогодично, а также, видимо, и земледелием, о чем свидетельствуют находки каменной мотыги и обломка ручного жернова в слоях городища Новая Надежда.
Планировка поселений второй группы подчинялась рельефу местности, который искусно использовался в обороне поселений. Большая половина поселений второй группы защищена с напольной стороны крепостными сооружениями, возведенными в основном из камня. Каменное крепостное строительство имеет давние местные традиции, уходящие своими корнями в эпоху бронзы. В последующие эпохи оно достигло определенного развития, о чем свидетельствуют и крепостные сооружения раннесредневековых поселений Дагестана.
Среди памятников второй группы выделяется ряд крупных городищ с трехчастной (Андрейаульское, Урцекское, Таргу) и одночастной (Верхнечирюртовское, Таркинское, Гентурун) системой планировки, наличие которых подтверждает свидетельство средневековых авторов о существовании в Дагестане в гунно-савирское и хазарское время ряда городов, бывших, очевидно, торгово-ремесленными центрами. Ареал раннесредневековых укрепленных и неукрепленных поселений со слоями IV—VI вв. н.э. уточняет данные письменных источников о территории, расселения гунно-савирских племен в Дагестане.
Почти все раннесредневековые поселения равнинного и предгорного Дагестана со слоями (IV—VII вв.) появились на рубеже или в начале I тыс. н.э., просуществовав беспрерывно до конца раннесредневекового периода (жизнь на некоторых продолжалась до позднего средневековья), подтверждая тем самым беспрерывность оседлых традиций аборигенов Дагестана.
Некоторые из раннесредневековых поселений были укреплены уже в V—VI вв. н.э. — Сигитминский укрепленный пункт (башня), Урминская башня, Урцекское47) и Дербентское48) городища. Строительство (164/165) крепостных сооружений в Дербенте исследователи связывают с попыткой сасанидских правителей воспрепятствовать продвижению кочевых гуннских племен в богатые закавказские провинции.49) Строительство укреплений в это время в ряде других поселений и таком крупном как Урцекксое, опираясь на сведения письменных источников, видимо, можно связать как с начавшейся социальной дифференциацией «гуннского общества», а также с внутриполитической борьбой за власть среди вождей отдельных племен в период складывания гуннского племенного союза.
Укрепление же большинства поселений в равнинной и предгорной частях Дагестана падает на конец гунно-савирского — начало хазарского периодов и связывается исследователями с угрозой арабского нашествия.50)
Таким образом, мы видим, что коренное население Дагестана имело стабильные оседлые традиции, живя многие сотни лет в укрепленных и неукрепленных поселениях, занимаясь земледелием, скотоводством и различными видами ремесла.
Судя по обряду захоронения, население Дагестана равнинной и предгорной частей было очень разнообразным (рис. II). На этой территории открыто 15 могильников гунно-савирского времени,51) которые разделены нами на две группы.
I. Могильники со смешанным типом захоронений. (Верхнечирюртовский грунтовый могильник (№ 7)), Большой Буйнакский курган (№ 8), Урцекский могильник (№ 11). Все они являются некрополями жителей крупных раннесредневековых городов, в которых, как отмечают письменные источники, проживало этнически самое разнообразное население. Об этом свидетельствует и погребальный обряд этих могильников, в котором выделяются шесть типов.
Тип 1. Погребения в катакомбах (Верхнечирюртовский грунтовый могильник), которые представляли собой семейные усыпальницы. В катакомбах хоронили вытянуто на спине с северо-восточной или северо-западной ориентацией, снабжая погребенных разнообразными вида-(165/166)
Рис. 2. Могильники гунно-савирского времени в Дагестане.
1 — курганы; 2 — грунтовые могилы; 3 — катакомбы; 4 — склепы; 5 — гробницы; 6 — каменные ящики; 7 — подбои; 8 — горные хребты.
Цифры на поле карты — номера памятников. (166/167)
ми украшений, оружием и ритуальной посудой (керамической и деревянной).
Тип 2. Погребения в склепах и каменных гробницах (Большой Буйнакский курган, Урцекский могильник) — это однотипные погребальные сооружения четырехугольной или овальной формы со стенками, сложенными из небольших камней на глиняном растворе или из известняковых плит, поставленных на ребро. Сверху гробницы и склепы перекрывались одной или несколькими массивными плитами. Гробницы — это индивидуальные, а склепы — коллективные усыпальницы. Погребенных сопровождали различные типы украшений, оружие, посуда, предметы быта.
Тип 3. Погребения в каменных ящиках (Большой Буйнакский курган) представляют собой могильные сооружения, стенки которых сложены из 4 каменных плит, сверху они также перекрывались плитой. В каменных ящиках были похоронены дети.
Тип 4. Погребения в грунтовых ямах (Верхнечирюртовский грунтовый могильник. Большой Буйнакский курган, Урцекский могильник) — это погребальные сооружения, вырытые в земле, обычно овальные в плане. Погребенные лежали в основном вытянуто на спине с различной ориентировкой, их сопровождал обычный для гунно-савирского времени инвентарь — украшения, оружие, посуда.
Тип 5. Погребения в ямах с подбоями (Верхнечирюртовский грунтовый могильник). Ямы имели прямоугольные очертания. В длинной стенке вырывался подбой, где и помещали умершего; инвентарь, сопровождавший погребенных — украшения, оружие, посуда.
II. Могильники с однотипными захоронениями. (Верхнекаранаевский (№ 9), Карамахинский (№ 10), Утамышский (№ 12), Эскиюртовский (№ 18), Таргунский (№ 14), Джемикентский (№ 15) по устройству погребального сооружения разделяются на два типа.
Тип 1. Погребения в катакомбах (Утамышский, Таргунский, Джемикентский). Они идентичны по устройству Верхнечирюртовский, над некоторыми из них возведены курганы (Утамышский, Джемикентский) . К этому же типу условно можно отнести погребения под курганами Терско-Сулакского междуречья и Андрейаульские (№№ 1-6).
Тип. 2. Погребения в склепах и каменных гробницах (Верхнекаранаевский, Карамахинский, Эскиюртовский). По устройству они идентичны склепам и каменным гробницам Большого Буйнакского кургана и Урцекского могильника.
Картографирование раннесредневековых погребальных могильников показало, что для горных районов Дагестана в гунно-савирское время характерным типом погребального сооружения были грунтовые могилы и каменные ящики,52) для предгорных — каменные склепы (167/168) и гробницы (рис. 2), для равнинных территорий, где располагались в основном крупные раннесредневековые города — смешанный обряд захоронения, где представлены все типы погребальных сооружений, бытовавшие в это время в Дагестане (рис. 2).
Исследователей давно интересовал вопрос об этнической принадлежности раннесредневековых могильников, выявленных в предгорной и равнинных частях Дагестана. Но сложность вопроса (этническая пестрота населения Дагестана этого времени, отразившаяся в многообразии погребальных обрядов), малочисленность выявленных памятников, а также, недостаточная их изученность привели к тому, что у исследователей не выработалось единого мнения.
Верхнечирюртовский грунтовый могильник (катакомбы, грунтовые ямы, подбои) Н.Д. Путинцева считает принадлежностью аборигенного населения.53) Ряд исследователей интерпретируют захоронения в грунтовых ямах Верхнечирюртовского могильника как раннеболгарские,54) а бескурганные катакомбы — гунно-савирские.55)
Большинство ученых считает, что погребения в катакомбах на Северном Кавказе оставлены аланскими племенами.56)
Обряд захоронения в каменных ящиках известен на территории Дагестана с древнейших времен и доживает до средневековья, характеризуя местные погребальные традиции.57)
Захоронения в склепах и каменных гробницах известны на территории Дагестана с древнейших времен, они получают распространение и в период раннего средневековья (до XI вв.).58) М.Г. Магомедов, учитывая время и территорию распространения склеповых сооружений пришел к выводу, что в период раннего средневековья склепы могли быть использованы в качестве погребального сооружения населением, входившим в состав хазарского каганата, также как катакомбы.59)
Таким образом, большинство погребальных обрядов, представленных в раннесредневековых могильниках Дагестана, известны его аборигенам с древнейших времен и характеризуют собой местный (северокавказский) обряд захоронения. Пришлое население Дагестана может быть связано с подбойными и катакомбными захоронениями, получившими (168/169) распространение только в равнинных районах Дагестана (рис. 2).
В.Г. Котович в своих последних работах попытался вычленить среди разнообразных поселений и могильников раннесредневекового периода памятники, характеризующие быт и погребальные обычаи гуннов-савир в Дагестане. К ним он отнес городища — Таргу («гуннский город Таргу»), Урцеки (Варачан), Махачкалинское (Семендер), катакомбные могильники (подкурганные и бескурганные) — Таргунский, Манасский, Утамышский, Джемикентский, Верхнечирюртовский (грунтовый).60)
Этническая принадлежность могильников определялась им на основе типа погребального сооружения (катакомба), некоторой части погребального инвентаря (поясные наборы, оружие, конская сбруя), а также на основе антропологического типа погребенных, имеющего сходство с антропологическим типом населения, оставившего свои могильники в Нижнем Поволжье и степях Северного Кавказа.61)
Не отвергая в целом идеи В.Г. Котовича о савирской принадлежности части средневековых катакомбных захоронений, мы все же считаем, что данных, которыми мы располагаем на сегодняшний день (два раскопанных катакомбных могильника — Верхнечирюртовский и Таргунский), достаточно только на постановку вопроса. Необходимы новые поиски и систематизированные раскопки выявленных раннесредневековых могильников. (169/170)

1) Известия древних писателей о Скифии и Кавказе, т. II, Латинские писатели, вып. 2, СПб., 1906, с. 368.
2) Там же, с. 369.
3) Там же, с. 441.
4) Известия древних греческих и римских писателей о Кавказе. Собрал и перевел с подлинников К. Ган, ч. I, Тифлис, 1884.
5) Известия древних греческих и римских писателей, с. 197.
6) История Егише вардапета. Борьба христианства с учением зороастровым в пятом столетии в Армении. Перевод с армянского П. Шаншиева, Тифлис, 1853, с. 19, 236; Егише. О Вардане и войне армянской. Перевод с древнеармянского акад. И.А. Орбели. Ереван, 1971, с. 31, 127.
7) Артамонов М.И. История хазар. Л., 1962, с. 62.
8) Летопись византийца Феофана от Диоклетиана до царей Михаила и его сына Феофилакта. Перевод В.И. Оболенского и Ф.А. Терновского. Чт. МОИДР, 1884. с. 126.
9) Прокопий (из Кесарии). Война с готами. Книга V—VIII из «Истории войн Юстиниана с персами, вандалами и готами». Перевод с греческого С.П. Кондратьева. М., 1950, с. 381.
10) Там же, с. 407.
11) Агафий. О царствовании Юстиниана. Перевод М.В. Левченко. М.–Л., 1953, с. 88.
12) Феофилакт Симокатта. История. Перевод С.П. Кондратьева. М., 1957, с. 160.
13) Пигулевская Н. Сирийские источники по истории народов СССР. М.–Л., 1941,. с. 38; Бернштам А.Н. Очерки истории гуннов. Л., 1956, с. 148; Артамонов М.И. История хазар, с. 78.
14) Артамонов М.И. История хазар, с. 78.
15) Аммиан Марцеллин. История. Перевод с латинского Ю. Кулаковского, вып. I-III, Киев, 1906—1908, с. 337.
16) История агван Моисея Каганкатваци, писателя X века. Перевод с армянского К. Патканьян, СПб., 1861, с. 108.
17) Там же, с. 105.
18) Артамонов М.И. История хазар, с. 155.
19) Там же, с. 155.
20) Там же, с. 155-156.
21) Агафий. О царствовании Юстиниана, с. 14.
*) Мнения исследователей относительно местопребывания савирских племен в Дагестане несколько различны. М.И. Артамонов считает, что к VII в. савиры занимали долину вдоль Каспийского моря и Кавказских гор до Дербента (Артамонов М.И. История хазар, с. 69). В.Г. Котович ограничивает их территорию средней частью Прикаспийского Дагестана (Котович В.Г. О местоположении раннесрёдневековых городов Варачана, Беленджера и Таргу. МАД. 1974, т. 5, с. 213), а Я.А. и Г.С. Федоровы помещают царство гуннов-савир в предгорной части Северо-Восточного Дагестана (Федоров Я.А., Федоров Г.С. Ранние тюрки на Северном Кавказе, МГУ, 1978, с. 152).
22) Известия древних писателей греческих и латинских о Скифии и Кавказе. Собрал и издал с русским переводом В. В. Латышев, т. I, Греческие писатели, вып. I. СПб., 1893, с. 186.
23) Известия древних писателей о Скифии и Кавказе, с. 359.
24) Там же, с. 439-440.
25) Известия древних писателей греческих и латинских о Скифии и Кавказе, с. 231.
26) Там же, с. 265.
27) Прокопия Кесарийского. История войн римлян с персами в двух частях (книгах). Перевод с греческого Спиридона Дестуниса, СПб., 1876, с. 221; Прокопий (из Кесарии). Война с готами, с. 381, 407.
28) История императора Иракла. Сочинение епископа Себеоса, писателя VII в. Перевод с армянского К. Патканьян, СПб., 1862, с. 31.
29) Там же, с. 164.
30) Прокопия Кесарийского. История войн римлян с персами.., с. 112.
31) Патканов К. Из нового списка географии приписываемой Моисею Хоренскому. ЖМНП, 1883, март, с. 30.
32) История Егише вардапета, с. 128; Егише. О Вардане и войне армянской, с. 78-80.
33) История агван Моисея Каганкатваци…, с. 21.
34) Там же, с. 190.
35) Там же, с. 238.
36) Там же, с. 208.
37) Еремян С.Т. Моисей Каланкатуйский о посольстве албанского князя Вараз-Трдата к хазарскому хакану Алп-Илитверу. Записки Института востоковедения АН СССР, 1939, т. VII, с. 139-151; Артамонов М.И. История хазар, с. 186; Котович В.Г. О местоположении раннесредневековых городов…, с. 189: Магомедов М.Г. Древние политические центры Хазарии, СА, 1975, № 3, с. 66, 71, 73.
38) К. Патканов. Из нового списка географии…, с. 31.
39) История халифов вардапета Гевонда, писателя VIII в. Перевод с армянского К. Патканьян, СПб., 1862, с. 28.
40) Там же, с. 72.
41) Пигулевская Н. Сирийские источники…, с. 165.
42) Сведения арабских писателей о Кавказе и Азербайджане. III, Перевод и примечания Н.А. Караулова, СМОМПК, в. XXXII, Тифлис, 1903, с. 17.
43) Сведения арабских географов IX—X вв. о Кавказе, Армении и Азербайджане. Н.А. Караулов, СМОМПК, в. XXXVIII, Тифлис, 1908, с. 51.
44) Там же, с. 43.
45) Пикуль М.И. Отчет по археологическим разведкам в Северном Дагестане в 1951 г. Архив И. А. АН СССР, р-1, № 639; Канивец В.И., Березанская С.С. и др. Отчет об археологических исследованиях в зоне строительства Чирюртовской ГЭС в 1955 г. Архив ИА АН СССР, р-1, № 1158; Бредэ К.А. Отчет о раскопках в 1956 г археологических памятников на Сигитме. Архив И. А. АН СССР, р-1, № 1616; Пикуль М.И. Отчет о работе III Бавтугайского отряда ДАЭ в 1958 г. Архив ИА АН СССР, р-1, № 1838; Пикуль М.И. Некоторые сведения о средневековых поселениях Дагестана. Махачкала, 1958, РФ ИИЯЛ, Даг. ФАН СССР, № 2298; Котович В.Г., Котович В.М. и др. Отчет о работе Приморского отряда ДАЭ в 1960 г. Архив ИА АН СССР, р-1, № 2193; Путинцева Н.Д. Северо-Восточный Дагестан в эпоху раннего средневековья. Махачкала, 1961, РФ ИИЯЛ Даг. ФАН СССР, № 113; Котович В.Г., Абакаров А.И. и др. Отчет о работе Приморской археологической экспедиции ДагФАН СССР в 1964 г. Архив ИА АН СССР, р-1, № 2933; Атаев Д.М., Абакаров А.И. и др. Раскопки Андрейаульского городища. АО-1967, М„ 1968; Котович В.М. Отчет о работе 2-го Горного отряда ДАЭ в 1966 г. Архив ИА АН СССР, р-1, № 3420; Федоров Г.С. Отчет о разведывательных работах Прикаспийского отряда ДАЭ в 1966 г. Архив ИА АН СССР, р-1, № 3576; Магомедов М.Г. Отчет о работе Верхнечирюртовской археологической экспедиции ИИЯЛ Даг. ФАН СССР в 1970 г. Архив ИА АН СССР, р-1, № 4186; Магомедов М.Г. Верхнечирюртовское городище Уч. зап. ИИЯЛ Даг. ФАН СССР, 1969, т. XIX, кн. 2; Магомедов М.Г. Древние и средневековые оборонительные сооружения Дагестана. Канд. дис. М., 1970, р-2, № 2050; Котович В.Г., Котович В.М. и др. Работы в Прикаспийском Дагестане. АО-1971, М., 1972; Котович В.Г., Котович В.М. и др. Археологические работы на территории средневекового княжества Хамрин. Материалы сессии, посвященной итогам экспедиционных исследований в Дагестане в 1971—1972 гг. (тезисы докладов), Махачкала, 1973; Магомедов М.Г. Отчет Верхнечирюртовской археологической экспедиции ИИЯЛ ДагФАН СССР за 1973 г. Архив ИА АН СССР, р-1, № 5004; Гадло А.В. Новые материалы к этнической истории Восточного Предкавказья. МАД, 1974, т. 5; Котович В.Г. О местоположении раннесредневековых городов Варачана, Беленджера и Таргу. МАД, 1974, т. 5; Котович В.Г. Археологические данные к вопросу о местоположении Семендера. МАД, 1974, т. 5; Кудрявцев А.А. О структуре раннесредневекового Дербента. Пятые Крупновские чтения по археологии Кавказа (тезисы докладов). Махачкала, 1975; Магомедов М.Г. Хазарские поселения в Дагестане. — СА, 1975, № 2; Кудрявцев А.А. Город, не подвластный векам. Махачкала, 1976; Котович В.Г., Абдуллаев М.М. и др. Некоторые итоги работ на городище Таргу. Материалы сессии, посвященной итогам экспедиционных исследований в Дагестане в 1976—1977 гг. (тезисы докладов). Махачкала, 1978; Кудрявцев А.А. О датировке первых сасанидских укреплений в Дербенте. — СА, 1978, № 3.
46) Магомедов М.Г. Хазарские поселения в Дагестане, с. 201.
47) Магомедов М.Г. Древние и средневековые оборонительные сооружения Дагестана…, с. 178.
48) Кудрявцев А.А. О структуре средневекового Дербента. — В кн.: Пятые Крупновские чтения по археологии Кавказа (тезисы докладов). Махачкала, 1975, с. 103; он же. О датировке первых сасанидских укреплений в Дербенте. — СА, 1978, № 3, с. 257; он же. «Длинные стены» на Восточном Кавказе. — Вопросы истории, 1979, № 11, с. 34.
49) Кудрявцев А.А. Город, не подвластный векам, с. 93-94; он же. «Длинные стены»…, с. 40.
50) Магомедов М.Г. Древние и средневековые оборонительные сооружения Дагестана. Автореф. канд. дис. Махачкала, 1970, с. 12.
51) Иессен А.А. Работы на Сулаке. Археологические работы Академии на новостройках в 1932—1933. Известия ГАИМК, 1955, № 110; Круглов А. П. Археологические работы на Северном Кавказе. — КСИМК, 1940, в. V; Пикуль М.И. Указ. отчет за 1951; Путинцева Н.Д. Верхнечирюртовский могильник (предварительные сообщения). — МАД, 1961, т. 2; Котович В.Г., Котович В.М. и др. Указ. отчет за 1960 г.; Котович В.Г., Абакаров А. И. и др. Указ. отчет за 1964 г.; Котович В.Г., Котович В.М. и др. Археологические работы на территории средневекового княжества Хамрин; Котович В.Г. Об этнической принадлежности раннесредневековых катакомбных захоронений Прикаспийского Дагестана. Пятые Крупновские чтения по археологии Кавказа (Тезисы докладов), Махачкала, 1975; Магомедов М.Г. Погребальные сооружения хазар. — МАДИСО, 1975, № 3; Абрамова М. П. Большой Буйнакский курган. — МАД, 1977, т. 7.
52) Атаев Д.М. Некоторые средневековые могильники Аварии. — МАД, 1961, т. II, с. 239-246.
53) Путинцева Н.Д. Верхнечирюртовский могильник…, с. 263-264.
54) Федоров Г.С. Северный Дагестан в раннем средневековье (историко-археологические очерки). Автореф. канд. дис. М., 1970: Ковалевская В.Б. Древние болгары на Северном Кавказе. Пятые Крупновские чтения по археологии Северного Кавказа (тезисы докладов). Махачкала, 1975, с. 79-80.
55) Котович В.Г. Об этнической принадлежности…, с. 97-100.
56) Котович В.Г. Новые археологические памятники Южного Дагестана. — МАД 1959, т. I. с. 156: Кузнецов В.А. Аланы и средневековый Дагестан (к постановке вопроса). — МАД, 1961, т. 2, с. 267; его же. Аланские племена Северного Кавказа. — МИА, 1962, № 106, с. 13.
57) Абрамова М.П. Большой Буйнакский курган, с. 65-67.
58) Магомедов М.Г. Погребальные сооружения хазар, с. 67-70.
59) Магомедов М.Г. Погребальные сооружения хазар, с. 71.
60) Котович В.Г. Об этнической принадлежности…, с. 98; его же. О местоположении раннесредневековых городов…, с. 20-21.
61) Кондукторова Т.С. Антропологическая характеристика Верхнечирюртовского могильника. — МАД, 1973, т. 3, с. 128-129.